Город Спасск и Спасский район

Модераторы: expedA, expedT

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 17 май 2023, 17:53

Добрый день! Продолжаем знакомить Вас с работами Нины Ивановны Забродиной.
Изображение
50 лет местного самоуправления. Спасское уездное земство 1865 - 1917 гг.

ЧИТАТЬ: http://images.xn--b1aebbi9aie.xn--p1ai/foto/07_histplace/Spask/Self_government.pdf

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 18 май 2023, 17:41

Добрый день! Продолжаем тему местного самоуправления в Спасском уезде.
В книге "Спасск" Н.И.Забродиной и О.А.Сушкиной рассказывается о том, как в середине 18 века крестьяне трех сел организовали "крестьянскую республику", отказавшись платить монастырю завышенные налоги. В течение 3 лет действовал орган крестьянского самоуправления, который вел переписку с царской канцелярией, отстаивая свои права - прообраз советов, образованных в 1917 году. На спасской земле уже нет села Хомутовка, село Богданово превратилось в большой уездный город, только село Дерябкино помнит те события.
Изображение

«Об усмирении вотчины Новоспасского монастыря»

Около века село Богданово, по храму - Спасское жило мирно. Но монастырские власти забыли о том, что они не имели права изменять размер податей с крестьянских дворов. Изменение финансовой ситуации в стране в XVIII в. (девальвация - удешевление рубля) привело к повышенной системе податей.

Монастырские власти в 1744 году заменили оброк барщиной, отрезали у крестьян часть земли, вначале 104 десятины, а потом еще около 90 десятин пашни, урезаны были и сенные покосы. Особенно их донимала подводная повинность. Ежегодно в Москву отправлялись обозы до 580 подвод или саней, запряженных крестьянскими лошадьми.

Крестьяне подняли бунт, перестали работать на монастырь. Тогда из Шацка была вызвана военная команда, зачинщика бунта Федора Котельникова сослали в Оренбург, а его помощник Мирзин был бит кнутом. Управляющим в селе с 1750-го года стал Алексей Серебряков, патологически злобный человек, который нещадно обирал крестьян. Они в 1753 году обратились к императрице Елизавете Петровне, где в прошении подробно изложили все свои беды: они должны были оплачивать жалование отставным солдатам и служащим канцелярии, которых, в сущности, не было, т.е. мертвым душам, платить за неработающую мельницу. Управляющий деньги требовал немалые – свыше 100 руб. и хлеба свыше 50 четвертей. Серебряков требовал еще и подарки на дни рождения себе и его родне. Если кто отказывался платить, управляющий «крестьян, безвинно захватя к себе, держит в цепях и железах недель по пяти и больше и держав бьет плетьми и палками смертельными побоями…».

На истории спасских крестьян в 1750-х годах остановимся подробнее, т.к. это особый случай – более трех лет крестьяне сел Спасское, Дерябкино и Хомутовки, сместив монастырские власти, жили под собственным управлением. Были переизбраны выборные и старосты сел. Лидером крестьян был грамотный «лучший мужик» Михаил Мирзин.

К счастью, сохранились документы, опубликованные стараниями председателя Тамбовской ученой архивной комиссии И.И.Дубасова, уроженца Спасского уезда. Из них видно, что стратегия и тактика крестьян были продуманными, велись успешные военные действия, имели место дипломатические переговоры. Со стороны монастырских властей была организована разведка и контрразведка. В переписке по делу спасских крестьян задействовано много официальных организаций. Указы императрицы Елизаветы Петровны направлялись на места через Правительствующий Сенат, копии их доставлялись в управляющую контору Святейшего Правительствующего Синода, ведавшего монастырскими делами, в Военную контору, в Воронежскую губернскую канцелярию, в Шацкую, Керенскую и Переяславль-Рязанскую провинциальные канцелярии. Спасские села в то время административно относились к Шацкому уезду Воронежской губернии. Воеводой в Шацке состоял коллежский советник Алексей Ниротморцев. Возможно, из-за бюрократической переписки этих организаций и дальности расстояний дело спасских крестьян длилось столь долго.
Но все по порядку. Установив свою власть, поддерживаемую большинством населения, крестьяне не забывали, что наказания им не избежать, и готовились к обороне. Монастырские власти через Синодальною контору предпринимали огромные усилия для расправы над восставшими и восстановления прежних порядков. Они обращались в Военное ведомство, которое отказалось послать войско для усмирения крестьян без указа императрицы, а затем несколько раз обращались непосредственно к Елизавете Петровне с донесением, что крестьяне «с 753 по нынешний 756 год в доимку запустили подлежащих в казну ея императорского величества… денег и хлеба немалое число, да и в монастырь подлежащих денежных доходов не платят и пашни не пашут и не каковых изделий не определяют и живут в самовольстве своем праздно…». Особенно усердствовал монастырский эконом иеродиакон Ефстафий.

Но и крестьяне систематически обращались к императрице с просьбой справедливо решить их спор с монастырем. В 1754 году была создана правительственная комиссия о чинимых обидах монастырским крестьянам и взятках. Одновременно было поручено взять с крестьян индивидуальные подписки о возобновлении работ и платежей в казну и монастырю. С такой миссией в село Спасское прибыли 14 декабря 1754 года подпоручики Петр Мячковский и Ефим Ярцев, которые прочитали крестьянам сел указы императрицы, но крестьяне дали только общую подписку, «крайне неосновательную».

В начале 1755 года Михаил Мирзин написал письмо в монастырь, которое послужило поводом к усиленным требованиям монастыря о его сыске и задержании. К делу подключилась и Тайная канцелярия. В марте этого же года на видных местах в селах были прибиты указы о поимке Мирзина, арестованы несколько крестьян и под караулом отправлены в Воронеж на допрос. Летом от Воронежского драгунского полка в Спасское прибыл драгун Родион Ермолаев, который зачитал крестьянам 3 указа императрицы: о послушании, об уничтожении комиссии о разборе крестьянских дел и о сыске Мирзина. В село для временного правления прибыли прапорщики Иван Медведев и Щекутин и монах Наум, которого прочили в управители. Они также требовали индивидуальных подписок крестьян. Но на общий сход 3-х сел подоспели из Москвы их челобитчики Петр Базяев из Дерябкина и Никита Феоктистов из Хомутовки, которые дали сходу надежду на разбор их дел комиссией. Сход не принял условия переговорщиков, но те, в свою очередь, выявили имена активных крестьян и в донесении поименно назвали их. Наняв две подводы, посланцы уехали ни с чем.

В Шацке следил за событиями в Спасском келарь монастыря иеромонах Селиверст, собиравший сведения от монаха Тимофея, иногда он бывал и в Керенске, поближе к месту событий. Он извещал монастырские власти о настроении крестьян. Монастырь всеми силами склонял императрицу на введение в села войск, расправы с населением, и добился своего.

22 августа 1756 года в страдную пору в село командирован капитан Григорий Северцев с прапорщиками Родионом Касаткиным и Иваном Медведевым и 40 драгунами со списком крестьян, которые должны были быть арестованы во главе с Михаилом Мирзиным и 24 другими, причем, в указе говорилось, чтобы они в схватку с населением не вступали и убийства не совершали.
Однако события развернулись нешуточные. Произошел рукопашный бой, ход которого описан в документах: челобитной Елизавете Петровне от монастырских крестьян и донесениях военных. Каждая из сторон описывала его по-своему.

В результате боя драгуны с унтер-офицерами и Северцевым были разоружены. Погиб от пули крестьянин Алексей Федоров, двое тяжело ранены. Родиону Афанасьеву палашом ранили голову, а Дмитрий Ильин от раны впоследствии умер. Крестьяне приковали труп А.Федорова к капитану Северцеву и оставили на 3 дня на площади, остальных содержали на монастырском дворе, позднее заперли их в пустой лавке на соломе в присутствии разлагающегося трупа. Из Керенска по требованию иеромонаха Селиверста в Спасское послан капитан Семен Карякин, чтобы описать побои и раны драгун и офицеров, о чем составлено донесение.

Крестьяне, в свою очередь, написали новую челобитную императрице. Из Шацка приехал по поручению провинциальной конторы подканцелярист Кондратий Валуев, который освободил капитана и драгун, подписал вместо крестьян Степана Аксенова и Семена Дмитриева их новое прошение императрице, за что также пострадал от властей. Крестьяне, подавшие прошение в уездную контору, были немедленно арестованы.

Столь невиданная и изощренная расправа крестьян над военными теперь уже безо всяких колебаний заставила императрицу подписать в ноябре 1756 года указ о захвате сел Тенгинским пехотным полком с 3 ротами под командованием секунд-майора Дмитрия Маркова и жестоком наказании крестьян. Но жители сел войско не пустили, оборонялись ружьями и дрекольем. Командир полка не захотел или не смог силой взять села. Он вскоре получил другой указ – всех до единого изловить, а военной команде прибавить ему войска и «взять одну пушку с принадлежащем ей припасами и людьми».

Монастырские власти тем временем донесли императрице, что Шацкая контора вместе с Воронежской губернской конторой покрывают крестьян, дают зачинщикам паспорта, чтобы они бежали из сел, не попали под расправу, и просили судебное дело перенести в Переяславль-Рязанскую провинциальную контору (ныне город Рязань). Та горячо взялась за дело, затребовала все дела по ослушанию крестьян.

А между тем на дворе был уже 1757 год. Только со второй попытки полковник Г.Хатунский взял село боем и учинил кровавую расправу. Свыше 100 крестьян было арестовано, часть их умерла в тюрьмах. Пойман и Михаил Мирзин с товарищами. Их дела рассматривала Тайная канцелярия, другие были жестоко наказаны плетьми. Некоторые молодые крестьяне пытались пойти в рекруты, но были схвачены. Управителя Серебрякова тоже отдали под суд, но он в октябре 1758 года бежал из тюрьмы и в Тамбове скоропостижно умер.


«Реестр крестьян сел Спасское, Дерябкино и Хомутовки, замеченных в ослушании и противности от 15 июля 1756 года.

Села Спаскаго:
староста Володимер Соколов, выборный Степан Караушев, Лаврентий Щипанов, крестьяне: Сава, Безяев, Яков Иванов, Сава Кирасев, Василий Трофимов, Иван Засеренков, Григорей Павлов, Иван Афанасьев, Карп Беляев, Петр Артамонов, Макей Еремеев, Василий Сосновников, Иван Лазарев, Степан Иванов…
Под тем подписано: канцелярист Иван Мыльников,… коллежской советник и воевода Алексей Ниротморцов, секретарь Василей Чупреянов.

От 27 декабря 1756 года

Села Спаскаго:
Карп Беляев, Игнат Петров, не явился. Степан Савин, Семен Дмитриев, Никита Климов, Николай Яковлев, оной Яковлев в Провинциальной Канцелярии задержан при отдаче рекрутства.
Подлинной журнал подписан коллежским советником и воеводою князь Михайлою Ухтомским, секретарем Маркою Савиновым с подлинным читал подканцелярист Панкрат Лазарев»

Челобитная крестьян с. Спасское к императрице Елизавете Петровне. Август 1756 г.

Всепресветлейшая, державнейшая, великая государыня, императрица Елизовета Петровна, самодержица всероссийская, государыня всемилостивейшая!
Бьют челом Шацкаго уезду вотчины Новоспаскаго монастыря села Спаскаго с селы крестьяны Степан Аксенов, Семен Дмитриев на Воронежскую сыскную команду; а о чем следуют пункты:
1.

Сего августа 22 дня 1756 году в предписанную вотчину в село Спаское приехал капитан Григорий Северцов, прапорщик Родион Касаткин, Иван Медведев, с ними команды драгун многое число и приехав в селе Спаску стал по крестьянским дворам, к которым капитану Северцову и прапорщикам села Спаского староста со крестьяны со обыкновенным поклоном неоднократно приходили и от него капитана Северцова просили: по какому делу с командою в вотчину приехал, токмо он капитан Северцов о себе виду не объявил, государевым и собственным конем сено, овес у Спаских крестьян брал безденежно, а у кого сена нет, вместо сена брали у крестьян из одоней всякаго хлеба снопы и травили озорнически.

2
Ночевав на другой день, то есть 23 дня, он Северцов и прапорщики Касаткин и Медведев и команды своей с драгунами никакова виду о себе не явили, всед на кони, а другие пехотою, вооружася, примкнув штыки и с обнаженными полашами, с барабанным боем, яко неприятели на приступ, устремились за крестьяны и за крестьянскими жены с детьми по улицы и по торговой площади гонять и догоняя бить, палашами рубить, из ружей пулями палить, но и пуще драгун одни капитан Северцов и прапорщики Касаткин и Медведев все троя на площади догнали села Спаскаго крестьян Алексея Федорава из ружья в цель застрелили пулею до смерти и вышло на вылет, Родиону Афанасьеву палашем голову разрубили и ныне едва жив, Дмитрия Ильина догнав невем чем прибили до смерти, которой по приезде ево в дом ево в избе того ж часу умре без исповеди безвременно; и оные Северцов, Касаткин и Медведев, ездя на конех и пеши, на площади кричали велигласно, что де мы на то приехали, что села Спаскаго крестьян всех побить и разорить без остатку.

3.

И мы села Спаскаго вотчинные крестьяне, видя такое смертное убивство и слышев их Северцова, Касаткина и Медведева пахвальныя слова, ударили в набат и драгуны команды их, видя такое их командиров своих неистовство и смертное убивство, многия ружья и палаши свои сами пометали и ныне бывают в селе Спаску на властелинском дворе; а капитана Северцова и прапорщиков Касаткина и Медведева поимали, и по поимке они Северцов, Касаткин и Медведев себя сами арестовали и палаши с себя посметали, и ныне содержаны под караулом.

4.

И по смерти ево Дмитрия Ильина, через три дня, от происходящаго от мертваго его тела в избе нестерпимаго смрада, невозможно живому человеку в ту избу войти, котораго Дмитрия Ильина мертвое тело боевые раны с постороними людьми с однодворцами и с разночинцами осматривали по осмотру то мертвое тело за нестерпимым происходящим от него страмом погребли в селе Спаску при святой церкви.

И дабы высочайшим вашего императорскаго величества указом повелено было сие наше челобитье в Шатской Провинциальной Канцелярии принять; а для осмотра и описи крестьян застреленаго Алексея Федорова мертвое тело и раненаго Родиона Афанасьева боевые места осмотря описать и для осмотру и описи послать кого надлежит и описав мертвое тело погрести и убиеннаго крестьянина Дмитрия Ильина мертваго тела осмотр и опись принять и сообщить в делу и предписанных капитана Северцова и прапорщиков Касаткина и Медведева о смертном убивстве и обо всем вышеписанном допросить и по допросу указ ученить.

Всемилостивейшая государыня, прошу вашего императорскаго величества о сем нашем прошении решение учинить. Августа дня 1756 году. К поданию надлежит в Шацкой Провинциальной Канцелярии. Подлинную челобитною писал пищик Ефим Шолохов. К подлинному челобитью рука приложена тако: к сей челобитной подканцелярист Кандратей Валуев вместо крестьян Степана Аксенова, Семена Дмитриева и по их прошению руку приложил.
Помета. № 2688. Подана августа 28 дня 1756 году записав в книгу, написать в реэстр к докладу и доложить немедленно.
В журнале записано: 1756 году августа 28 дня господин калежской советник и воевода Алексей Ниротморцов приказал: об осмотре и описи убитаго якобы крестьянина и объявлении капитану с командою, чтоб он подал в Шацк в ответу, послать нарочных, которому дать с полным наставлением и на основании указов инструкцию немедленно, а подателей написав в колодничей реэстр описав измеряя отдать под крепчайший караул и в подтверждение каким способом и случаем убит, взяв в присутствие, обстоятельно допросить и справясь по Канцелярии доложить в немедленном времени. Под тем подписано: коллежской советник и воевода Алексей Ниротморцов, секретарь Василей Чупреянов.

Донесение Переяславль-Рязанской провинциальной канцелярии Шацкой провинциальной канцелярии. 4 декабря 1756 г.

… в доношениях Шатской Провинциальной Канцелярии в 1-м, сентября де 16 дня во оную Провинциальную Канцелярию из Керенской Воеводской Канцелярии доношением представлено, августа де 27 дня ставропигиального Новоспаского монастыря келарь иеромонах Силиверст в Керенскую Канцелярию письменно объявил: оного де августа 25 дня получил он от обретающагося в Шатской помянутого Новоспаского монастыря вотчин в селе Спаском монаха Тимофея репорт, которым представляет, что того августа 23 дня присланного по указом Правительствующаго Сената и Военной Колегии из Контор Капитана Григорья Северцова с командою и при нем присланного ж из Синодальной Экономического Правления Канцелярии прапорщика Ивана Медведева для забрания означеннаго села Спаского и сел Веденского и Козмодемьянского по имеющемуся делу противности и ослушаниях крестьян, которых по делу надлежит; и помянутых же сел старосты со крестьяны, собравшись многолюдно, оных капитана и прапорщика с командою били смертными побои, от которых побой и едва живы находятца, и бив приковали к убитому неведомо кем телу; и просил тем объявлением в помянутое село Спаское послать и на оных капитане Северцове и прапорщике Медведеве с командою бои и раны осмотря описать. По чему в то село послан был капитан Семен Корякин, которой по возвращении августа 30 дня репортом объявил, для де того осмотру взяв с собою из села Руского Пунбура прапорщика Гаврилу Сакаева да из разных сел и деревень крестьян 21-го человека и не доезжая до того села от проезжающих разных людей уведомился, что в том селе обывателей во улицах находятца в великом собрании и ехать де не без опасности и приехав ночевав близ того села Спаского Керенского уезду в сельцо Лапуховку, из котораго селца крестьянина Давыда Исаева послал во оное село Спаское и велел о себе объявить того села выборному или кто правление имеет, что послан он для показанного осмотру, и не учинили б ему с командою какого озлобления, которой крестьянин Давыд Исаев возвратясь объявил, что того села выборной Степан Караушев велел ему сказать: ежели де он едет с честию, пускай приезжает, и много ли де с ним команды; а как он на другой день с вышеписанными сторонними людьми поехал к тому селу и усмотрел, что на колокольне и по поветям, токо ж и в улицах собрано множество людей послал паки в то село солдата Потапа Малина: где велят остановитца и показали б ему к приезду двор; и пришед к нему вышеписанной выборной да той же вотчины села Дерябкина выборной же Кирил Лукьянов и с ними крестьян человек с пять, и по выслушании данной ему инструкции, сказал, что осматривать как капитана и команду, так и мертвое тело не запрещают, нам де в том нужды нет, ибо от них для требования об осмотре послано в Шатскую провинцию; и как пошел с сторонними людьми где сидят показанные офицеры под караулом, и за ними шли показанной выборной со множеством народу, и по прибытии усмотрел их в великом поругании в пустой лавке без мундиров и никаких постилок под ними не имеется, капитан Северцов скован конскими железами, а прапорщики Родион Касаткин, Иван Медведев скованы ж по ноге конскими железы и лежат на подкинутой под ними соломе и вокруг их множество того села народу с дреколием, к которым он с понятыми насильно протеснился, и весьма от того поругания оные офицеры плачут, а мертвое тело перед ними лежит поодаль, от котораго великий смрад; и объявил ему оной капитан Северцов и показанныя прапорщики, что они лежали прикованы к тому телу 3 дни; а как те офицеры обнажились, скинули с себя рубахи и стали боевые признаки описывать, где опухло и синя, то оные крестьяне весьма чинили в описи помешательство, опухлыя места называли, что де у них жир, а где синие места на соломе перележали, и другие знаки в поругание называли: блохи де наели: и при том осматривании находились в великом опасении; а как он пришел на монастырский двор, где вся команда того капитана Северцова стоит, и на том дворе усмотрил: положено ружей в две линеи лядунки и перевези, барабан в чехле изломан, палаши без ножен, и у многих фузей замки переломаны…
Во 2-м посланной де из оной Провинциальной Канцелярии в реченное село Спаское для выручки из под караула вышеписаннаго капитана Северцова с командою и забрания тех противных крестьян подканцелярист Кондратей Валуев сентября 6 дня доездом объявил, что он в то село Спаское ездил и при посторонних людех мертвое тело осмотрел, котораго описать никак не возможно для того, что тому мертвому телу, как убит, чему уже минуло 10 дней, к тому ж было воздухи летния, от котораго был весьма тяжкой дух и боевых мест не можно было видеть, уже вселился не малой червь и руки прочь отвалились; а капитана де Северцова из под караула крестьянскаго освободил; а к доказательству де того Северцова, якобы в застрелении крестьянина Алексея Федорова, того села Спаского выборнаго села Дерябкина староста, а как зовут означенно Валуев не знает, да и лучшие люди Михайло Мирзин, Роман Денешкин, Иван Лазарев крестьян никого не дали… капитан Северцов с прапорщикам Касаткиным с командою, приехав в вышеписанное село Спаское, и по отводу тамошних крестьян расположились по квартирам, а на другой день оной капитан Северцов с прапорщиком Касаткиным с дрогуны 12-ю человеки приехали к монастырскому двору, у котораго стояло крестьян человек со 100 и более и стал он спрашивать старосту и выборнаго, объявя им указ о забрании их, и они сказали: у вас де указ воровской, вы де наемщики взяли денег 200 рублев, и закричали: бей их всех дубьем, и ухватя его и прапорщика и драгун били дубьем мучительски и потом ударили всполох, то на оной сбежалось народу того села крестьян человек более 1000, и паки оных капитана и прапорщика со всею командою били, которой капитан, вырвався у них да с ним 4 человека драгун, и ушли в избу; а те крестьяне, приступя к той избе, и учели в окны жердми и поленьями в онаго капитана бросать, а он напротив того кричал отстать и потом выпалил из ружья, и они закричали, что он их пужает, ломай избу и зажигай; и он капитан вторично в окно выпалил из ружья и одного из тех крестьян убил до смерти, и убоясь, что они стали избу ломить, вышел из избы, и те крестьяне ухватя его и драгун паки били ж не милостивно и к тому убитому телу на площади, где торговое место, приковали к ноге; а прапорщика и с посланным из Канцелярии Экономическаго Правления отставным прапорщком же сковав в одни железа и содержут при том мертвом теле и завсегда приходят к ним того села крестьнския женки, бьют их по щекам, а драгун всех и государевых лошадей содержит на монастырском дворе под караулом и морят голодною смертию, а ружья и прочую государеву амуницию все у них отобрали и разглашают хотя де и два полка прислано будет, взять себя не дадут… У подлиннаго указу в закрепе пишут тако: секретарь Козма Васков, актуариус Григорей Калесницкой. Подал ямбурскаго драгунскаго полку прапорщик Федор Медведев декабря 4 дня 1756 года.

Уведомление конторы Новоспасского монастыря в Вотчинную канцелярию об отправке бунтовщиков крестьян Петра Бутыцына и Петра Духонина в провинциальную канцелярию Переславля Рязанского.
21 марта 1757 г.

Указ Ея императорского величества самодержицы всероссийския святейшего правительстующего Синода з канторы ставропигиального Новоспасского монастыря в Вотчинную канцелярию. По указу Ея императорского величества святейшего правительствующего Синода кантора, слушав оной канцелярии доношения, коим прописав силу правительствующего Сената и канторы оного о усмирении вотчины оного монастыря Шацкого уезду сел Спаского, Веденского и Козмодемьянского крестьян пущи же к возмущению в непослушаниях и прочих непорядочных поступках противников и о сыску оных, розбежавшихся, и о высылке их командированному Ярославского пехотного полку подполковнику Гаврилу Хотунскому определении объявляет. Из оных де злодеев первыя к тому злодейству завотчики известного плута Михаила Мирзина сообщники села Спаского Петр Бутыцын да Петр же Духонин (кои де потребны по имянному реэстру, данному оному подполковнику Хотунскому о забрании их для отсылки к нему или в Переславскую правинциальную канцелярию Рязанского) находятся при канцелярии синодальной Экономического правления. И на оное требует святейшего Синода от канторы определения, приказали означенных крестьян Петра Бутыцына и Петра ж Духонина (которые, как выше значит, потребны по имянному реэстру, данному подполковнику Хотунскому о забранных для отсылки к нему или в Переславскую правинциальную канцелярию Рязанского) яко первых к злодейству завотчиков и известному плуту Михаилу Мирзину сообщников из канцелярии Синодалной Экономического правления для отсылки их во ону Переславля Рязанского правинциальную канцелярию представить святейшего Синода в кантору в самом скором времяни, и о том во оную Экономическую канцелярию указ послан, а взнесенным из Синодальной Экономического правления канцелярии доношением, при чем оныя крестьяня представлены следующим объявлением, что оным крестьяном Бутыцыну и Духонину в силу присланного Ее императорского величества из святейшего правительствующего Синода указа за предъявленные многие продерзости и коварственные ябеднические проступки, а особливо за недельное в противность многих высочайших Ее императорского величества указов Ее императорского величества дерзновенное челобитьем своим утруждение при оной канцелярии нещадное плетьми наказание учинено, и в силу прежнего святейшего Синода канторы сего ж марта 18-го дня определения для надлежащего с ними в силу посланных о противящихся оному Новоспасскому монастырю крестьянех из правительствующего Сената и из канторы оного указов, яко первых к противлению и злодейству завотчиков и известному плуту Мирзину сообщников поступка отправить Переславля Рязанского в правинциалную канцелярию при указе под крепким караулом, который за караулом дву человек салдат и отправлены, и ставропигиалного Новоспаского монастыря вотчинной канцелярии о том ведать.
Секретарь Алексей Морсовский Канцелярист Прокопий Лукин
Марта 21-го дня 1757 году.
К середине XVIII века село официально называлось Спасское.
Длительное незахоронение трупа объяснялось тем, что крестьяне надеялись на скорое патологоанатомическое освидетельствование его, чего не случилось.
Многочисленные выступления монастырских крестьян по всей стране вынудили Екатерину II принять решение об отторжении монастырских земель в пользу государства. Крестьяне были отнесены к рангу экономических крестьян, с 1786 года они стали называться государственными крестьянами. Они вели общинное землепользование, платили в казну оброк до 10 руб. с тягла. Кроме того вносились платежи на мирские расходы, отбывались и другие повинности (дорожная, постойная, подводная и т. д.). За исправность платежей отвечала община, т. е. была круговая порука. За тех, кто не мог по материальному положению заплатить подати, платил «весь мир».

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 04 июн 2023, 14:56

Добрый день! Дополнение к сообщению от 18 мая 2023 года.
Изображение

Н.И Забродина

« НА ДИКОМ ПОЛЕ ПРОМЕЖ ДВУ ЛИПЛЯЕВ»



В этой главе пойдет речь об истории возникновения поселения, которое в ХVIII веке стало уездным городом Спасском. Об этом неоднократно писалось разными авторами, но есть некоторые разночтения во времени возникновения поселения, в принадлежности этой земли, в происхождении названия села. При создании общественного краеведческого музея его организаторы Ф. С. Давыдкин, А. С. Мирошкин при материальной поддержке районной власти запрашивали документы из разных архивов страны. Из Российского государственного архива древних актов (РГАДА) были присланы фотокопии документа об отводе земли Новоспасскому монастырю. Но из-за неправильно прочитанного текста (скоропись XYII века) произошло неточное освещение этих событий, которое потом вылилось на страницы районной газеты, а позже и книг.
Только в 2008 году доктор исторических наук Алексей Владимирович Сиренов (Санкт-Петербургский университет) изучил текст этого документа и подготовил его к печати. Суть дела такова.
История возникновения города Спасска связана с Новоспасским мужским монастырем города Москвы, основанным в XIV веке. У монастыря в Козловском уезде были земельные угодья, которые в 1647 году понадобились для государственных нужд. Вскоре монастырь отыскал для себя незанятую землю в Шацком уезде Замокшанского стана и обратился к царю с просьбой о выделении ему этой земли. К челобитью присоединился боярин Глеб Иванович Морозов, брат всесильного тогда боярина Бориса Ивановича Морозова, воспитателя молодого царя Алексея Михайловича. Женой Глеба Ивановича была знаменитая раскольница Феодосия Прокопьевна, запечатленная художником В. Суриковым на полотне «Боярыня Морозова». В 1654 году царем была послана грамота в Шацк, в которой повелевалось ту пустошь описать, измерить и доложить в Поместный Приказ, ведавший выделением земель. Но, по каким-то причинам, земля Новоспасскому монастырю не была отписана.
Спустя 6 лет монастырь в лице «архимандрита Иосифа и келаря старца Герасима с братию» снова обратился к царю с той же просьбой и с челобитьем Г.И. Морозова. В Шацк к воеводе Григорию Спешневу снова послана царская грамота. Из окладных книг выяснилось, что земля в районе деревни Дракино записана за Рисанкой (Рузанкой) Богдановым, а в Порумборе (Мордовском Пимбуре) владельцев земли нет. В окладных книгах значился и Жданка Богданов, который имел землю в районе села Потьма (все названые села ныне находятся на территории Мордовии) и сдавал её внаём «овдаловской мордве». Земля же, которую просил монастырь, «дикое поле лежит порозже в поместье и вотчину и на оброк никому не отдано».
Границы отведенной монастырю земли с западной и восточной сторон проходили по рекам Студенец и Сухой Липляй, с северной стороны – по реке Парце, а с южной стороны – по дороге, соединяющей Наровчат и Керенск. Она проходила по нынешней границе полей с. Дубровки через c. Шелдаис. Территория владений мордвы, упоминаемая в окладных книгах, находилась на значительном расстоянии от этих мест.
6 августа 1662 г. царская грамота повелевала шацкому воеводе, теперь уже Павлу Хвостову, послать дворянина и подьячего для измерения пустоши в диком поле. Выбор пал на Ивашку Фролова, подьячего съезжей избы, который измерил землю, взяв в свидетели «тутошних и сторонних людей, старост и целовальников и крестьян, сколько человек пригож». И на «речке на Парце, промеж двух Липляев» подьячий Ивашка Фролов со свидетелями мерил ту землю и намерил «в поле на 200 четвертей, а в дву потому ж, да сенных покосов на 400 копен, да дворцовых усадеб и животного выпуску и на подгуменье мест». Все поле в длину 8 верст, поперек 0,5 версты по одной стороне и 1 верста по реке Парце. В мерной книге он отмечал, что «лесу к тому дикому полю хороменного и дровяного нет, а лес большой от того дикого поля верст с 7 за мордовскими деревнями…». Это измерение проводилось в октябре и ноябре месяцах при свидетелях - священнослужителях и крестьянах сел Стяжкино, Устье, Никольское, Семивражки (все села, кроме Устья, ныне в Республике Мордовия). «А они мордва деревни Дракины да деревни Порумбор на то дикое поле не выезжали и крепостей никаких не показали и того дикого поля в тех урочищах не спорили…», - писал подьячий в документе. Сомнительно, что И. Фролов со священниками окрестных сел в осеннюю погоду измерял территорию, скорее всего, документ был составлен с их слов и подписан ими «не выходя из избы». Тем более, повторное измерение и межевание земли показало совсем другие площади.
28 ноября 1662 г. царским указом измеренная земля была пожалована Московскому Новоспасскому монастырю. Его представители, получив долгожданный документ, определили на отведенную землю приказчика и служек, которые выбрали место для будущего села у «источины» на возвышенной местности и назвали его Богданово. «Источина» - это речка Кака (Какова), правый приток Студенца, впадает в него у с. Липлейки. Неблагозвучное название реки в переводе с древнемордовского означает – «осока, тростник».
Тут следует снова вспомнить об истории названия нового поселения. Конечно, служки монастыря, бывшие здесь после отвода земли, и помыслить не могли, чтобы назвать село именем неведомого им потьминского Жданки Богданова, находящегося в 40 верстах от этого места. Конечно, оно названо Богдановым по старославянскому мужскому имени Богдан, что означает «Богом данный».
Монастырские служащие должны были решать многие вопросы: выделение и вывоз строевого леса на избы и монастырский двор, определение семей, подлежащих переселению, и их вывозу из монастырских сел, отвод земли под пашню, её обработка и засев, выделение сенокосов, выгона и многое другое.
Надо сказать, что к моменту заселения села Богданова некоторые населённые пункты Спасского края уже существовали. В пределах территории нынешнего района сёла и деревни по реке Шелдаис были уже заселены, села Абашево и Устье уже существовали, в 1663 году служилым людям выделялась земля на месте сегодняшних сёл Липяги и Кошелёвка. Отведённая монастырю земля находилась в безопасном от кочевых племен месте, т.к. на юго-востоке государства уже была выстроена засечная черта, проходившая через Керенск, Верхний и Нижний Ломовы.
С весны 1663 г. застучали топоры, рубились новые избы для первопоселенцев. Загодя еще была построена монастырская келья, где останавливались служки, а затем построен монастырский двор, в котором проживал приказчик. В течение года монастырь переселил в село Богданово 60 семей. Пополнение новыми жителями проходило и позднее, но меньшими темпами. Вместе с этим разрабатывалась и пашня для прокормления новосёлов и скота.
По указу государя в 1668 году темниковскому писцу Владимиру Новосельцеву и подьячему Петру Зиновьеву « велено ехать в Мещерский уезд в Замокошный (Замокошанский) стан в вотчину Всемилостивого Спаса Нового монастыря… переписать во дворех крестьян и бобылей и их детей и братью и соседи, подсоседников и захребетников, с отцы и с прозвищи и из которых вотчин те крестьяне и бобыли из сел и деревень на ту землю переведены, и ту землю против отказных книг пашню и сено и лес и всякие угодья описать и измерить по наказу, каков им, писцам, дан наказ из Приказу Казанского дворца прямо в правду, да что в той вотчине будет дворов крестьянских и бобыльских и в них людей по именам, и пашни и сена и лесу и всяких угодий, и то все велено написать в книгах порознь, да и те переписные книги велено прислать к великому государю в Поместный приказ…».
Бобыли в данном случае - крестьяне, не владеющие имуществом (скот, инвентарь и т. п.) работающие в качестве батраков. Землевладельцы, чтобы меньше платить податей государству, часть крестьян зачисляли в бобыли, поскольку в XVII веке с них податей не брали.
Полностью документ о переписи населения и новом межевании в селе Богданово « Выпись из книг Мещерского уезда» опубликована впервые уроженцем Спасского уезда И.И. Дубасовым в «Известиях Тамбовской учёной архивной комиссии», вып. 15, 1887 г.

Перепись населения в августе 1669 г. зафиксировала в селе Богданове 77 дворов, в них проживало 315 человек. Считались лишь мужские души да несколько вдов, бывших главами семейств. Обязанностью переселенных жителей было распахивать выделенную монастырю землю, получать с нее доход, отправлять монастырю необходимую продукцию.
Социальный состав села был неоднороден. Он состоял из крестьян (34 двора, в них - 166 человек), бобылей (43 двора, 149 человек). Семьи были большие, только представителей мужского пола в некоторых из них насчитывалось 7-8 человек, среди них племянники, шурины, пасынки хозяина, так как поднимать целину, строить дома могли только сильные мужские руки. В ряде дворов селились так называемые подсоседники, т.е. семьи, не имевшие своего двора, а помогавшие основному хозяину. Такая договоренность существовала, чтобы меньше платить податей, так как налоги брались с «дыма», т.е. с избы. Наконец, был один нищий Макейка Якимов, который «кормится Христовым именем», и одинокий обрусевший швед Якушка Иевлев, который был подсоседником в бобыльской семье.
Новые жители села Богданова переведены монастырем, в основном, из Владимирского уезда села Заколпья с многочисленными деревнями, причем, многие крестьяне и бобыли попадали в эти села и деревни из бегов. В частности, несколько семей убежали в Заколпье из села Усть-Парцы от помещиков Лопатиных и Шмаковых. Несмотря на строгие наказания за укрытие беглых, монастырь, видимо, не боялся этого, переселяя устьинских крестьян (12 дворов) в село Богданово, по соседству с их прежним местом жительства. Всего в 35 дворах жили беглые крестьяне и бобыли. Были беглые из Шацкого, Нижнеломовского, Саранского, Алатырского, Темниковского и других уездов. Крестьяне и бобыли бежали как от помещиков, так и из государственных сел. Крестьяне старались попасть в монастырские села, так как там они получали ссуду на обзаведение хозяйством, строили новые избы за счет монастыря. В ту пору тогда монастыри не могли облагать крестьян пошлинами больше положенного по закону.
К 1669 году существовали уже две монастырские деревни: Дерябкино, в которой было 55 дворов, и деревня Хомутовка, в которой был 1 монастырский двор, т.е. деревня только заселялась. Деревню заселяли выходцы из Козловского уезда деревни Хомутовки, молодые жители которой поверстаны государством в драгуны, а остальные были переведены в монастырские сёла и деревни Владимирского уезда, позднее переселённые в новые места. Они и основали деревню Хомутовку, назвав её прежним именем.
Строевого леса на отведенной территории не было, поэтому особым распоряжением монастырю предписывалось «въезжать в большой Водовской да в Чууской и Оланборский лес для хоромного и дровяного лесу с мордвой села Зарубкина да деревни Глушковы, а рубить им, крестьянам и бобылям, лесу хоромной и дровяной, опричь бортного деревья». На избы и на дрова монастырские жители рубили лес в районе деревни Баранчеевки, Чиуш-Каменки, Татарского Шелдаиса (Лямбур). На реке Студенце (Мокрый Липляй) была сооружена мельница.

В селе Богданове, которое позднее стало зваться по храму – Богданово, Спасское тож, построена деревянная Спасо-Преображенская церковь. К счастью, сохранилось ее описание. Церковь срублена, вероятнее всего в 1663-1664 гг. В церкви причт: поп Тимофей Иванов, дьячок Арсений Федоров, просвирница Пелагеица Семенова, пономарь Василий Абрамов. Храму с причтом выделено 20 четвертей земли в трех полях, сенных покосов 30 копен.
Межевальщики подробно описали границы монастырских владений, а также соседей: землевладельцев сел Усть-Парцы, Липягов и Кошелевки, татар села Шелдаис (Лямбур), мордвы села Мордовский Пимбур и Русский Пимбур. В документе упоминаются дороги, ведущие от Керенска в Темников и Шацк, от Наровчата в Керенск.
Предлагаем вашему вниманию фрагменты документа, в котором освещена история возникновения села Богданово. Его чтение требует некоторого внимания, и даже терпения. Зато читатель может узнать о характере стиля документов XVII века.

Послушная грамота царя Алексея Михайловича крестьянам села Богданово с деревнями о подведомственности их властям московского Новоспасского монастыря. 12 мая 7182 (1674) г.
От царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца в Шацкой уезд в Замокошской стан на Дикое поле по речке по Парце промеж дву Липляев вверх до Полумбору и до Липляевских вершин и до речки до Полумбор в село Богданово в деревню Деряпкино на Гремячем ручью, в деревню Хомутовку на речке Парце всем крестьяном, которые в том селе и в деревнях живут и впредь на том Диком поле в тех урочищах учнут жити.
Били челом нам, великому государю, Всемилостивого Спаса Нового монастыря власти архимандрит Иосиф да келарь Герасим з братьею, в прошлом де во 156-м году взято у них на нас, великого государя, в Козловском уезде село Доброе городищо, село Кривец, село Хомутово, село Борисовка, село Ракино, село Каликино, деревня Липовка, а в них пашни тысяча шестьсот семьдесят четь в поле, а в дву потому же и со всеми угодьи крестьянских и бобыльских триста дватцать дворов, и в тех во взятых в селех и в деревнях крестьяне построены в драгунской строй, а вместо де тех вотчин жилово и пустово в Спасов монастырь им не дано, а у которых де вотчинников и помещиков в том же уезде взяты села и деревни на нас, великого государя, и вместо тех сел и деревень дано им в иных местех.
И ныне де они приискали в Мещерском уезде в Замосковском стану в порозжих землях пустош Дикое поле на речке на Парце промеж дву Липляев вверх до Полумбор и до Лепляевских вершин, что бил челом нам, великому государю о том Диком поле боярин Глеб Ивановичь Морозов. А та де пустошь Дикое поле лежит порозжа и никому не отдана и ни х каким землям не приписана. И нам, великому государю, пожаловать бы их, велеть тое пустошь Дикое поле дати в дом Всемилостивого Спаса в вотчину вместо взятых их жилых вотчин села Доброго городища с приселки.
Мы, великий государь, пожаловали: буде пустая земля, велеть им дать против взятыя их земли и розыскати про ту землю подлинно. А в даче прошлого 171-го году написано: в прошлом во 162-м году послана наша, великого государя, грамота в Шацкой к писцом к Ивану Лодыженскому с товарыщи по челобитью боярина Глеба Ивановича Морозова. А велено им в Мещерском уезде в Замосковском стану про пустошь Дикое поле по речке по Парце промеж дву Липляек да Полумбор сыскати… А во обыску двесте сорок шесть человек сказали, то де они ведают пустошь Дикое поле по речке Парце промеж дву Липляев вверх до Полумбор на двесте четь есть лежить порозжа никому не отдана и ни х каким землям не приписана, и не владеет тою землею нихто…
А в мерных и в отказных книгах Шацкие съезжей избы подьячего Ивашка Флорова 171-го году ноября в 28 день написано отказано в дом Всемилостивого Спаса Нового монастыря властем архимандриту Иосифу да келарю старцу Герасиму з братьею в вотчину, что им дано вместо взятых их монастырских вотчин в Шацком уезде в Замосковском стану по речке по Парце промеж дву Липляев вверх до Полумбор и до липляевских вершин до речке Полумбора… по мере пашни Дикого поля двести четь в поле а в дву потому же да под усадьбу и по дворы мест и на подгуменья и под выпуск животинной в тех урочищах пашенного и непашенного и лесом поросло и по кустам и возле реки Парцу сенных покосов в длину меж дву Липляев вверх до Полумбор и до Липляевских вершин до речки Полумбора на восмь верст, а поперег середь того Дикого поля от Мокрого Липляя до Сухово Липляя на полверсты, а от деревни Полумбора возле речки Парцы поперег на версту сена четыреста копен, а лес болшой хоромной и дровяной с розными помещики с мордвою вопче…
А в описных и в мерных и в межевых книгах Володимера Новосильцова да подьячего Петра Зиновьева 177-го году августа в 21 день написано: вотчина Всемилостивого Спаса Нового монастыря село Богданово деревня Деряпкино на Гремячем ручью, деревня Хомутовка на речке на Парце да села Богданова да дву деревень монастырские крестьяне пашни паханые шестьсот восмъдесят четь в поле, а в дву по тому же да перелогом и облогом и лесом поросло тысяча триста тритцать три чети с третьником сенных покосов межено и по оврашкам и по конец поля и по дубровам и возле речек и возле речки Парцы по Сухому и по Мокрому Липляю, Студенец тоже, и по тайником тритцать восм тысяч шестьсот копен… а межа селу Богданову деревням и пашне и сенным покосам и всяким угодьям по урочищам написана…

И на том де Диком поле построили они село Богданово з деревнями, а крестьян де они в то село и деревни перевели из ыных своих монастырских вотчин, а нашие де, великого государя, жалованной грамоты на ту их новопоселеную вотчину на село Богданово з деревнями не дано. И нам, великому государю, пожаловать бы их, велеть им на тое новопоселеную вотчину на село Богданово з деревнями и на всякое угодья дать нашу, великого государя, жалованную грамоту, по чему им тою вотчиною впредь владеть. И мы, великий государь, Спаса Нового монастыря, что на Новом, архимандрита Иосифа да келаря Варлама Бокина з братьею пожаловали: велели им на ту их вотчину на село Богданово з деревнями дать нашу, великого государя, послушную грамоту. И вы бы все, крестьяне, которые в том селе Богданове и в деревнях живут и впредь на том Диком поле в тех же урочищах учнут жить Спаса Нового монастыря властей архимандрита Иосифа да келаря Варлама Бокина з братьею или впредь хто по них в том монастыре иные власти будут, слушали, пашню на них пахали и оброк им монастырской платили. Писано на Москве 7182-го маия в 12 день.
Документ даёт обильную пищу для размышлений. Следует учесть, что он датирован по летоисчислению «от сотворения мира». Начало года в XYII века (до Петра I) падало на сентябрь, поэтому для перевода на современное летоисчисление надо к упоминаемым трем цифрам названного года прибавить в начало цифру 7, например 7156, и от этой цифры надо отнять 5508, если события происходили в январе- августе, или 5509 – в сентябре- декабре.
Документ позволяет выяснить административную принадлежность села. Вначале это было Мещерский уезд, Замосковский стан, позже - Шацкий уезд, Замокшанский стан.
Параллельно изучались приходские книги Казанского дворца, который ведал землями этой территории. В приходских книгах 1662 года зафиксированы пошлины за землю: «в д. Дракино на р. Мокше - у Рисанки Богданова; в с. Авдалово на р. Парце, в д. Потьме на р. Мокше - у М. Чеватова и Жданки Богданова». Эти населенные пункты находились вдалеке от спасских мест.
Площадь отведенной монастырю земли в переводе на нынешнее исчисление составляла около 6 тысяч га в трех полях: озимом, яровом и пар, из неё к 1669 году распахано пашни более 1 га залежной земли. Упоминаемые «Липляевские вершины» - это истоки рек Сухого и Мокрого Липляев, левых притоков р. Парцы, (Мокрый Липляй - Студенец).
В XYII веке крестьяне не имели фамилий и писались по имени отцов, поэтому трудно сделать выводы, сохранились ли в городе потомки первых поселенцев. Однако писцам было дано задание - узнать и прозвища (или уличные именования семей, позднее ставшими фамилиями). Среди крестьян были Ломакины, Лопыревы, Вороновы, Толкуновы, Воробьёвы, Будыцины, Киселёвы, Курбатовы, Тестовы, Дворецкие и другие. Неизвестно, имеют ли прямое отношение нынешние жители по фамилии Ломакины к тем крестьянам, но в XIX веке Ломакин участвовал в «винном бунте». В XVIII веке проживали здесь крестьяне Бутицины, в XIX веке в Спасске жили старообрядцы Дворецкие, а в 1926 году сотрудник детского дома Дворецкий руководил духовым оркестром и вел кружок изобразительного искусства.
Село оказалось на пересечении многих дорог, активно развивалось, в 1675 году в нем был учрежден торг. Архимандрит Новоспасского монастыря Макарий бил челом царю Алексею Михайловичу об открытии в селе еженедельного торга для покупки всяких товаров. Он пояснял Государю, что ближайшие города Шацк, Кадом, Ломов отдалены от новой вотчины, и для покупки съестных запасов и соли в тех городах крестьянам в деловую пору «в проездах чинится мешкота».
В 1673 году снова переписано население села. Здесь уже 131 двор, в которых проживало 450 человек мужского пола. Кроме того, еще было 4 двора, принадлежавших задворным конюхам, 16 дворов монастырских детенышей (безземельные бобыли или их дети), в них 46 человек, да служицких 2 двора, в них жило 7 человек мужского пола. Всего 153 двора, 507 жителей мужского пола.
В августе 1675 года подписана царская грамота, в ней записано: «... в вотчине, что они построили на диком поле село Богданово быть торгу и торговать всякими товары, опричь вина и табаку..., а торговать в недели два дни, во вторник да в субботу, а таможенную пошлину со всяких продажных товаров и с хлеба, и с соли, и с лошадей, и со всякой скотины, и с лавок, и с онбаров оброк со всяких чинов людей сбирать на монастырь». Открытие торга и сбор пошлины и были главной задачей монастырских властей. В грамоте пояснялось, что никто без разрешения монастыря не имеет права торговать в селе, и таможенный сбор с продавцов целовальники и верные головы не имели права брать, да не просто не имели права, но им грозили жестоким за то наказанием. Алексей Михайлович благоволил к церковным иерархам, и они активно этим пользовались. От учреждения торга монастырь имел приличный доход.
Если хронологически представить события и принятые документы по выделению Новоспасскому монастырю земли, то это будет выглядеть следующим образом:
1647 год. Монастырь потерял землю в Козловском уезде и в 1654 году обратился к царю с просьбой о выделении ему еще незанятой земли в Шацком уезде. К челобитью присоединился боярин Глеб Иванович Морозов.
1654 год. Царем Алексеем Михайловичем послана в Шацк грамота, в которой повелевалось выбранную монастырем пустошь описать и измерить.
1661 год. Повторная царская грамота в Шацк к воеводе Григорию Спешневу по челобитью Г.А. Морозова об измерении пустоши.
1662 год 6 августа. Снова послана царская грамота в Шацк воеводе Павлу Хвостову по очередной просьбе монастыря. Велено послать дворянина и подьячего для измерения земли и передаче ее монастырю в вотчину.
1662 год октябрь-ноябрь. Подьячий Ивашка Фролов измерил отведенную землю «200 четвертей в поле, а в дву потому ж», т.е. всего 600 четвертей с сенными покосами и выпасами для скота. Документ о пожаловании земли подписан государем 28 ноября 1662 года.
1665 год 22 июля. Монастырь вновь обращается к царю с просьбой отмежевать землю от соседних вотчинных угодий, а крестьян и бобылей описать.
1668 год 12 октября. Послана царская грамота в Темников к писцам В.Новосельцеву и подьячему П. Зиновьеву, в которой велено переписать в выстроенных деревнях дворы и все население, землю измерить в десятинах и отмежевать.
1669 год 21 августа. В. Новосельцевым и П. Зиновьевым измерена монастырская земля: 680 четвертей в 3-х полях, перелогом и лесом 1333 четверти, сенных покосов 38600 копен. Всего 2013 четвертей – на 343 четверти больше, чем было в Козловском уезде.
1670 год. Новоспасскому монастырю дана выпись с мерных книг.
1673 год. Повторная перепись населения.
1674 год 12 мая. Монастырь обращается к царю с просьбой написать Послушную грамоту всем живущим на монастырской земле крестьянам, что и было сделано.
1675 год 19 июня. Окончательное оформление царской Жалованной грамоты.
1675 год август. Монастырю послана царская грамота об открытии торга в с. Богданове.
Источники
1. Известия Тамбовской ученой архивной комиссии. - Вып. 15. – Тамбов, 1877.
2. Забродина Н.И. Краеведческие записки. – Пенза, 2003.
3. Мельникова А. Булат и злато. – М., 1990. – С. 6-7.

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 04 июн 2023, 15:19

В этом сообщение поговорим о купечестве г.Спасска.
Город Спасск расположен на перекрёстке нескольких торговых и информационных путей.
Главный из них, ещё до колонизации земель Московским государством, соединял районы Верхней Волги (Нижегородскую область) и чернозёмные районы междуречья рек Хопёр и реки Вороны и правобережья реки Вороны (чернозёмные тамбовские степи). И неудивительно, что в городе Спасске исторически сложился большой социальный слой русского купечества.
В этой теме мы опять обратимся к исследованиям Нины Ивановны Забродиной.
Изображение

ЧИТАТЬ:
http://images.xn--b1aebbi9aie.xn--p1ai/foto/07_histplace/Spask/Titl_wind_book_1 .pdf

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 07 июл 2023, 14:26

Добрый день! Сегодня продолжим разговор о купечестве и заводчиках города Спасск.
Немного отвлечёмся от темы и поговорим об истории Пензенского края.
Научные исследования об историческом прошлом Поволжья опираются на изложенные на бумаге события и суждения. Порой несколько раз редактированные. В историческом масштабе эти бумажные свидетельства описывают небольшой промежуток времени, т.е. с начала колонизации территорий Среднего Поволжья. А если быть точнее, со времён правления династии Романовых и по сей день. А ранний период истории назван с глубоким смыслом - «Дикое поле». Историков поддерживают и археологи ( из одной кормушки зарплату получают), т.к. артефактов прошлого они не имеют на руках.
Но взгляните на карту почв.
Изображение

В северных районах подсечное земледелие, т.е. леса, гумусный слой минимальный, и археологических фактов больше можно найти. У нас совсем другая картина. Вроде бы земля в Верхнем Поволжье хуже, а открытых городищ много. Существует мнение, что степные народы совершали частые набеги на чернозёмные территории Среднего Поволжья, что создавало невозможность оседлого проживания людей. Можно принять эту версию, но степняки совершали набеги по торговым путям, на которых есть своя система охраны, к примеру, «Буртасы». По нашей пересечённой местности 5-10 км в сторону - и следов степняков не найдёте.
Изображение

Степные набеги и иные разорения можно принять как факт, но в каком временном отношении с историей местности это соотносится? Я думаю, не более 10 процентов, а потом опять возобновляется мирная жизнь с торговлей, с культурными отношениями и обменом людскими ресурсами и технологиями.
Вернёмся к нашей теме, о купечестве города Спасска. Тема глубокая, потому что затрагивает и ремесленников, и крестьян, и вероисповедание жителей уезда.
Нина Ивановна Забродина в работе « Унесённые ветром» описывает представителей купечества середины 19 - начала 20 веков в краткой форме. Это будет не последняя работа Нины Ивановны по данной теме, т.к. она переплетается с другими темами о городе Спасске. Для людей, занимающиеся генеалогическими исследованиями по городу Спасску, предлагаем «Ревизские сказки от 1858 года г.Спасска мужского и женского пола купцов 2 и 3 гильдии». Скачать:https://disk.yandex.ru/d/ugHF_gk-GLfDZA
Память о них в Спасске хранят не только могильные плиты и памятники на староверческом и городском кладбищах, но и сохранившиеся дома и храм Вознесения Господня.
Изображение

Изображение

Изображение

Изображение


Кстати, архитектурный стиль храма имеет общие черты с храмами Дракинского и Санаксарского монастырей. Это приводит нас к мысли о положении города Спасска как крупнейшего логистического и информационного центра между народами Верхней Волги и черноземного района в далёком прошлом (до Романовской колонизации).

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 07 июл 2023, 18:03

На карте Менде хорошо показан рельеф местности, по которой проложена дорога Верхняя Волга -Чернозёмный район (красная линия) и менее значимая широтного направления (зелёная линия)
Изображение

Очень интересно найти столетней давности описание культуры быта и занятия селян в крупных пунктах по красной линии и сравнить с селами, расположенные от дороги на 10 километров в сторону. :ugeek:

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 09 июл 2023, 19:07

Добрый день! В последних двух сообщениях изложен мною набросок изучения истории по торговым путям. Тема сложная, бумажных документов нет, поэтому непонятная для большинства посетителей форума. Продолжим разговор в другой теме - "Миграция населения в Пензенском крае"http://xn--b1aebbi9aie.xn--p1ai/viewtopic.php?f=19&t=2439
Новое краеведческое исследование Нины Ивановны Забродиной.


Род Лачиновых в Спасском крае

Изображение
Елисей Протасьевич Лачинов (1612 - 1670)


ЧИТАТЬ:
http://images.xn--b1aebbi9aie.xn--p1ai/foto/07_histplace/Spask/lachinovy.pdf



Изображение
Дмитрий Андрианович Лачинов



Свято-Троицкий храм в селе Ляпиги


Изображение
Изображение

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 31 окт 2023, 15:18

Изображение


СТАРООБРЯДЦЫ СПАССКОГО КРАЯ


Содержание
Забродина Н.И. Глава из книги «Спасская летопись» с.1-3.
Забродина Н.И. Город Спасск и уезд на страницах «Тамбовских епархиальных ведомостей» с. 3-4.
Реморов Г. Состояние раскола в Спасске с.4-5.
Ястребов И.Ф. Спасский раскол с.5-15.
Реморов Г. Раскольнический толк середники в городе Спасске с.15-16.
Куликов Е.Ф. Абашевские раскольники с. 16-23.
Забродина Н.И. Абашевские староверы с.23-24.
Успенский В. Из жизни беглопоповцев Спасского уезда с.24-25.
Архивы и справочные материалы с.25-27.
_________________

Глава из книги «Спасская летопись» (Спасск. 2011)


Н.И. Забродина
«Стоять в вере непоколебимо»


В сороковых годах XVII века в Москве сложился кружок ревнителей древнего благочестия, в который вошли Аввакум, царский постельничий Федор Ртищев, будущий патриарх Никон и другие. Они стремились к исправлению церковных обрядов и книг, нравов духовенства, старались охранить церковь от светского влияния. Взгляды ревнителей разошлись по вопросу об исправлении богослужебных книг и приведению к единообразию церковных обрядов. Сторонники Аввакума полагали, что образцом должны служить древнерусские церковные книги, а последователи Никона настаивали на греческих образцах для изменения текстов и обрядов. Никон, став патриархом в 1652 году, произвел реформы, а Аввакума выслал из Москвы.

Церковный собор в 1666-1667 годах осудил противников реформы, назвав их богохульниками. Аввакум, завещая «... стоять в вере непоколебимо», был сожжен. Часть русского общества (крестьяне, посадские, казаки, стрельцы и некоторые бояре) посчитали реформу Никона ересью, направленной против истиной «старой веры», особенно противились замене двуперстного крестного знамения на троеперстное. Сторонники «старой веры» называли себя старообрядцами, староверами; сторонники Никона называли их раскольниками, подвергали наказаниям. Опасаясь преследований, часть староверов уходила в глухие места России на Север, в Сибирь, на юго-восточную окраину, в т.ч. на нынешнюю территорию Пензенской и Тамбовской областей.

Известный историк-краевед, кандидат богословия, профессор А.Л. Хвощев изучал проблему пензенского старообрядчества. Он считал, что старообрядцы прибыли на пензенскую землю из Тамбовской и Нижегородской губерний. «Положительно известно, что керженские скитники по дороге на ярмарку в Ломов рассеивали семена раскола», — писал он. Идеологическим центром староверов в Поволжье стал город Вольск Саратовской губернии.

В Спасском уезде старообрядцы проживали общинами в Спасске, селах и деревнях: Липлейке, Хомутовке, Кириллове, Дракине, Салазгори, Покасе, Полянах, Булдыгине. В Наровчатском уезде особо известны в этом отношении села: Абашево, Свищево, Паны, Вьюнки.

Православные священники и светская власть вели неутомимую борьбу с раскольниками. При посещении губернатором Бахметевым города Спасска в 1800 году местные священники жаловались ему, что у крестьян проживают неизвестные, без всякого вида на жительство люди, которые призывают их не ходить в церковь и не совершать религиозных обрядов. Часть их, в том числе волостной голова, были арестованы, что вызвало неудовольствие одноверцев. Более двух-
сот человек пришли к квартире губернатора и требовали освобождения арестованных. Произведены задержания местных старообрядческих священников и активистов, которые были посажены в местный острог. Известия Тамбовской ученой архивной комиссии (ТУАК). Вып. 41. Тамбов, 1897, с.57.

В Спасске в начале XIX века зарегистрировано 50 раскольников, «часть оных в церковь не ходит и священнослужителей в свои дома ни с какими потребами не призывают; другие же только в церковь не ходят, а прочие потребы справляют и называют свою секту поповщиной». По сведениям Спасо-Преображенского храма раскольников в 1822 году в Спасске было 395 мужчин и 474 женщин, что ближе к истине.( Клировые ведомости Спасо-Преображенской церкви г. Спасска за 1822 год.)
Изолированное существование староверов, отсутствие священников, особенно в дальних селах, способствовало делению их на поповцев и беспоповцев. В своей общине они самокрестились, вели свой счет от сотворения мира, «середники» среду считали за воскресенье, а воскресенье за среду. Пасху праздновали в среду. Это было характерно для части абашевцев.

Старообрядцы-поповцы совершали религиозные обряды с помощью временно-приезжающих священников. Выписка их осуществлялась через спасскую общину из Москвы, там значительная часть московского купечества, предпочитая старую веру, располагала определенным количеством разъездных пастырей. Приезжий священник прибывал в Спасск, а затем ехал в села Спасского и Наровчатского уездов.

По распоряжению властей в тридцатых годах XIX века в губерниях созданы комитеты о раскольниках, в них входили губернатор, местный архиерей и жандармский штаб-офицер. Усилился официальный гнет старообрядческих общин. В 1837 году Спасский земский суд рассматривал дела о возможности совершать требы раскольниками. К суду привлекался священник села Новая Потьма Тимофей Сидоров и купцы Карасев и Пресняков, которые подговаривали его бежать от суда в монастырь к старообрядцам в Саратовскую губернию. В деревне Липлейке обвинялись в 1836-1840 годах 38 семей, перечисленных поименно, за совершение старообрядческих треб. Деятельность старообрядцев контролировали специальные общества, которые должны были подавать в губернию статистические и именные списки верующих. В именном списке по городу Спасску за 1837 год показано 1143 человека. В статистических сведениях за 1840-1846 годы, составленных купцом Василием Афанасьевичем Боженовым, число верующих старообрядцев балансирует в тех же пределах. В списки включены купцы, мещане, казенные крестьяне. (Известия ТУАК, вып. 38,с. 142.).

По сообщению спасского городничего в 1856 году в Спасске значились две деревянные старообрядческие часовни, из которых одна запечатана. Имена известных спасских купцов Карасевых, Пресняковых, Филиновых, Соболевых, Турусовых, Вихровых и других принадлежали к старообрядческим семьям, которые ко второй половине XIX века частично сблизились с православной церковью, образовав разрешенные к тому времени единоверческие общины, коим
дозволялось открывать свои культовые здания, где богослужения совершалось по старопечатным книгам. Храмы освящались по старым обрядам, священники выбирались прихожанами. Храмы и молельни в крае освящались во имя Николая Чудотворца и назывались Никольскими. К 1870-80 годам единоверческие общины укрепились, увеличилось число прихожан. В Спасске их уже было более тысячи, в Абашеве — более 600, в Хомутовке – 200.

Известно, что в Спасске в 1872 году сгорела староверческая часовня, поэтому служба проходила в доме купца 1 гильдии Киприана Васильевича Карасева, после его смерти в 1878 году — у купца Игната Афанасьевича Филинова, с 1880 года — у Ивана Васильевича Вихрова. Остро стоял вопрос о возведении нового здания. При финансовой помощи прихожан купец Григорий Васильевич Карасев одно из своих зданий (ныне корпус аграрного техникума) передал под единоверческую церковь в 1883 году, освященную во имя Николая Чудотворца. Ею пользовались 77 прихожан. 6 января 1883 года в этот храм рукоположен священник Кирилл Фролович Абрамкин, 1836 года рождения, проживал в собственном доме в Спасске, за усердную службу награжден набедренником в 1893 году. Единоверческие культовые здания открылись в селах Покасе, в Хо-мутовке, Кириллове, где находились значительные единоверческие общины. В 1902 году в Спасске было два единоверческих культовых учреждения.

Много хлопот светской и духовной власти доставляло село Абашево. Пензенские епископы Варлаам и Антоний неоднократно обращались в 1861-1864 годах к губернатору с вопросом о принятии мер к крестьянам села, находящихся в расколе. Крестьян С. Блинова, Ф. Суркова, Ф. Яковлева обвиняли в подговоре абашевцев о перемене веры, в венчании (в Москве) раскольничьим попом и крещении детей по старообрядческим канонам. Олипмий Петров обвинялся в содержании молельни в своем доме. Архипастыри призывали губернатора обратить особое внимание на рост раскольников (1857 г. — 28 человек, к 1861г. — 108 человек), требовали, чтобы уездный земский суд держал строгое наблюдение за раскольниками. Предлагались меры: браки вне православной церкви считать блудом и разлучать семьи, детей объявить незаконнорожденными, не давать паспортов на выезд из села в течение трех лет. Миссионерам в село определен протоиерей Корнеев, крестьян-староверов отправляли в духовную консисторию на «увещевание», но оно не приносило результатов.

В 1883 году в селе построена и через два года освящена Никольская единоверческая церковь. Священник Даниил Иванович Маненин (1851-?), из крестьян, образование домашнее. Приезжавший в село Липяги известный философ Владимир Сергеевич Соловьев интересовался личностью Даниила Ивановича, бывал у него в Абашеве, беседовал и спорил с ним по вопросам веры, присылал в письмах приветы. Результатом идейных споров с отцом Даниилом явилась
серия статей В.С. Соловьева о старообрядчестве и церковном расколе. «Для Даниила Ивановича пишу целую диссертацию», — сообщал он в письме к местному священнику К.И. Певницкому в село Липяги. В клировых ведомостях 1908 года отмечалось, что Д.И. Маненин был награжден набедренником в 1898 году, но дважды наказывался. Псаломщиком в церкви служил В.Е. Чернышов, а до него – Мирошкин. Много лет церковным старостой избирался П.А. Чернышов.
Единоверцев в селе – 33 двора, 182 человека; раскольников – 105 дворов, 678 человек. Всего – 860 человек.

Учитель Ефим Куликов, описывая историю храма и села Абашево, коснулся и старообрядцев, называя их «беглопоповщинской сектой». В селе к началу XХ века их было, по его сведениям, 158 человек, они мирно уживались с православными жителями. Он называет семьи Абрамовых, Блиновых, Манениных, Феклушиных, Зоткиных, Языковых, Фонталкиных, Фирсановых, Матвеевых,
отмечает крепость их веры и твердую нравственность. Помещик П.А. Хохлов, имея в селе кирпичный завод, проделал такой эксперимент. «Если кто не придет на Пасху в церковь, то будет целый день возить из оврага песок в экономию»,— заявил он крестьянам. Все староверы принялись с утра за работу, и их оставили в покое. Е.Ф. Куликов в своей статье отмечает, что большинство учеников в местной школе — дети староверов. В Абашеве осталось несколько семей староверов, не примкнувших к единоверческой церкви. В начале XX века в селе действовали две независимые старообрядческие молельни. Уставщиками в них были Трифон Николаевич Фонтал-кин и Федор Языков.

В 1905 году на волне революционных событий Комитетом министров принято «Положение об укреплении начал веротерпимости», упростившее порядок регистрации старообрядческих общин и открытия культовых зданий. В 1930-е годы все единоверческие церкви и молельни, как и православные храмы, закрылись. В 1970-х годах православная церковь официально сняла со староверов анафему. Ныне взаимопонимание деятельности Русской Православной Церкви
и Единоверческой церкви еще более укрепилось.
__________________________


Н. И. Забродина

ГОРОД CПАССК И УЕЗД НА СТРАНИЦАХ
«ТАМБОВСКИХ ЕПАРХИАЛЬНЫХ ВЕДОМОСТЕЙ»


На сайте «Тамбовская областная библиотека им. А. С. Пушкина» в разделе «Электронная библиотека» появилась коллекция «Тамбовские епархиальные ведомости», оцифрованное их содержание за 1861-1917 гг., за исключением некоторых лет (1868-69), за которые информация представлена не полностью.
Материал о городе Спасске представлен по темам:
- Спасский раскол (старообрядчество)
- Посещение Спасска и уезда представителями Тамбовской епархии. Основными проблемами были вопросы борьбы с расколом, состояние храмов, церковных школ (ЦПШ и школ грамоты)
- Освещение церковных торжеств и съездов духовенства
- Награды священникам, старост храмов, учителей ЦПШ
- Некрологи

Спасский раскол
Вопросам спасского раскола посвящено ряд статей. Самой значительной работой можно считать статью священника Соборной церкви И. Ястребова об истории Спасо-Преображенской церкви города Спасска. Часть статьи посвящена истории и современному состоянию раскола в 1870-х годах. (ТЕВ, 1880, № 15,16).

Спасский священник Г. И. Реморов был активным борцом со старообрядчеством. Он опубликовал три статьи: «О спасском расколе» (1874, № 6), «Из истории старообрядчества» (1888, № 15), «Раскольничий толк «середники» в городе Спасске» (1889, № 1), где описал обычаи старообрядцев-беспоповцев, которые праздновали Пасху не в воскресенье, а в среду – отсюда и название.
Священник В. Успенский опубликовал статью «Из жизни беспоповцев в Спасском уезде», которых он насчитывал около 2 тысяч (1916, № 16-17).

Интересную информацию содержат статьи о посещении тамбовскими владыками и миссионерами города Спасска и уезда. В 1872 году в № 3 опубликовано Поучение Преосвященного Николая, епископа Тамбовского и Шацкого при посещении им города Спасска в 1842 году. 25 августа 1887 года Спасск посетил епархиальный миссионер о. Василий Викторов. За три дня он встречался со старообрядцами около единоверческой церкви «при отворенных южных дверях». На крыльце был поставлен аналой, на нем крест и Евангелие, по бокам скамейки для священников. Собрались местные священники и прихожане, представители старообрядцев. Миссионер от лица Преосвященного Виталия призвал к единству веры. Раскольники-беспоповцы Алексеев и Пиманкин пытались спорить с ним. Беседа продолжалась с 4 до 7 часов вечера. С 8 до 12 часов ночи на частной квартире он беседовал Григорием Семеновичем Воробьевым и Кононом Михайловичем Воробьевым. На следующий день снова была встреча около единоверческого храма. От старообрядцев дискутировали с миссионером Кирилл Алексеев, Пиманкин, Г. С. Воробьев, Петр Афанасьевич Машин (дьячок Вихровской молельни), Стефан Исаевич Есин, Никита Ефимович Харламов, Александр Версанцев, Михаил Иванович Рыбаков (дьячок Карасевской молельни). 28 августа миссионер выбыл из города в Хомутовку. Там также произошла встреча на церковной паперти с православными и старообрядцами. (1887, № 18).
_______________________________

Статьи из «Тамбовских епархиальных ведомостей» спасских священников описывают состояние старообрядческой веры в уезде с позиций вражды и непримиримости. Старообрядцы называются ими раскольниками.

Реморов Г. Состояние раскола в Спасске (ТЕВ, 1874, № 6)


Город Спасск имеет около 5 тысяч жителей, в числе их находится много раскольников, число последних противоречит церковным документам. Они принадлежат большей частью к толку «поповщина». Имеют свои молельни, в которых исправляют службу их дьячки и разные начетчики. Дьячки служат панихиды, отпевание покойников, молебны. В праздник ходят по домам, и нередко, проходя мимо таких домов, слышишь их гнусливое, носовое, растянутое распевание. Впрочем, для совершения крещения и браков они ожидают приезжих попов.

В настоящее время в пригородной деревне Липлейке состоит молельня в одном частном доме, городская же молельня сгорела в прошедшую осень (1873 год). Вследствие этого городские раскольники собираются для молитв в доме К. К. (Киприана Васильевича Карасева). Богослужением заправляют дьячки, но они не пользуются особенным уважением от своих же. Благочинием заправляют «старики», и в особенности сам К.К.. Был случай такого рода: дьячок Илларион провинился перед своим патроном тем, что отказался служить всенощную под день его именин. Тогда К. К. перед стариками публично запретил ему вход в молельню на определенное число дней, после чего провинившийся опять занял в молельне свое прежнее место.

Крещение и брак совершают у раскольников приезжие попы, но они приезжают редко – раз в год или через несколько лет. Слышны были и случаи присоединения к ним и православных. Особенно характеризует их способ присоединения. Православной девице N обещали 5 рублей ассигнациями, если она перейдет в раскол. Некоторое время она вела себя у них сдержанно. Но скоро они стали оглашать ее, велели ей проклинать нашу церковь и наших священников и хулить их. Тогда девица не выдержала и бежала с великим страхом.

Года полтора назад также одна православная девица отдала свою руку и сердце и веру купцу Т(ерсянцеву). Он был богат и стар, и должен скоро умереть. По смерти своего мужа корыстолюбивая жена получила из его богатого наследия только 5 тысяч рублей. Одна богатая купчиха К(арасева) по смерти своей матери обещала пристроить своим приданым в замужество 20 невест-девиц, если они согласятся из православия перейти в раскол.

И нельзя не согласиться, что таким образом миссия раскольников, хотя и в грубом проявлении своем, много выигрывает среди необразованного православного населения. Многие, находясь в крайнем безденежье, знают, что православные не дадут денег взаймы. Но с уверенностью идут к раскольникам, и даже везде превозносят их щедрость и благожелательность. Уловленные на денежную удочку, перебежчики сначала таятся, но потом, привязываются. Одна прихожанка божбою стала угрожать мне бегством в раскол, говоря что «там не взыскивают», а мы, дескать, придирчивые.

Пригородная деревня Липлейка имеет 50 жителей, школы в ней нет. В самом городе имеется одно только малолюдное приходское училище. Немного найдется жителей, умеющих с толком читать и писать. Стало быть, не понимает в деле веры ни одной йоты. На вопрос: «Отчего ты перешел в раскол?», отвечают: «Должно их вера истовее». А между тем достоверно известно, что в православных домах, где есть один или два раскольника, домохозяева принимают раскольничьих дьячков после того, как проводят православный причт. Также наши православные простодушно подают милостыню раскольничьим черничкам, чтобы они тоже поминали новопреставленных. На вопрос: «Для чего вы это сделали?» - старушки отвечают: «Мы подаем и в свою церковь поминать, и вас не обижаем; кто знает, чья молитва скорее дойдет». Станешь им объяснять лживость их взглядов, они как будто слушают, да опять за то же принимаются.


Ястребов И.Ф. Спасский раскол


Глава из статьи «История Спасо-Преображенской церкви города Спасска Тамбовской губернии (Тамбовские губернские ведомости, 1880, № 15,16)

Верных и ясных сведений о происхождении раскола в городе Спасске не имеется. Несмотря на то, что коренные жители города Спасска и даже родственные им жители селений Хомутовки и Дерябкина издавна держатся строго двуперстия: можно не без основания заключать, что раскол здесь явление не раннее. Так как означенные жители города – крестьяне, то следовало бы ожидать, что сильнейшее развитие раскола должно бы гнездиться в этом сословии; если бы раскол появился здесь в раннюю пору своей истории: однако этого нет. Сравнительно с количеством крестьян, населяющих город и слободы, раскол развит между ними слабо.

Самые знаменитые раскольничьи дома в городе Спасске: Пресняковы, Терсянцевы, Карасевы, Соболевы, Турусовы. Раскол стал расширяться, а, быть может, и появился только с наплывом в город торговых сословий, купеческого и мещанского, из других городов по открытии нашего города. Лица этих сословий – раскольники – как более развитые, сильно привязанные к своим заблуждениям, по появлению своем у нас, сразу могли привлечь к себе внимание местного населения. Торговое влияние капиталистов на служащих и мелких торговцев, ставших в зависимость от первых, строгое отношение этих капиталистов и их единомышленников к обрядности, любовь раскольников к пропаганде и выражаемое ими сокрушение о погибели «никониан» или «мирских» производили глубокое впечатление на незнакомых с расколом жителей города Спасска, сближали их с раскольниками и вовлекали в самый раскол.20

Движение в пользу раскола увеличилось еще более и становится для нас несомненным историческим фактом с 1812 года, когда из Москвы в Спасск нахлынула толпа ревнителей старины и когда в доме московского выходца Дворецкого открылась моленная с запасом икон и богослужебных книг. Этих Дворецких было двое: брат и сестра, их можно считать родоначальниками наших раскольников. Этого мало. У раскольников являются собственные священники, дозволенные правительством. (Две, три могилы таких священников имеются на Спасском раскольничьем кладбище). Они на одинаковом праве с православными священниками отправляют богослужение и чины в домах раскольников, заводят знакомства с православными и вторгаются в дома их. Простодушные жители города, не понимающие догматической разницы между православием и расколом, с тех пор положительно считали православие и раскол за одно и то же, со спокойной душой выдавали своих дочерей в замужество за раскольников и за своих сыновей брали девиц из семей, зараженных расколом. Но эти смешанные браки были далеко не в пользу православия: раскольницы заражали своими заблуждениями те православные семейства, в которые попадали, и воспитывали детей в расколе; православные же девицы, принужденные жить в семействах раскольников, подавно загибали под влиянием этих семейств. «Чей хлеб ешь, в ту и веру веруй», - вот правило, которым руководствуются в таких случаях раскольники. Таким образом, родство и сватовство начинают служить сильными двигателями к распространению раскола.

А независимо от этого московские выходцы не унывали. Их речи о древнем благочестии, о погибели «мирских», о младенческой непорочности тех, кои переходят из православия в их общину, раздавались все громче и сильнее. Между раскольниками распространено соблазнительное для православных мнение, что всякий, переходящий в их общину, становится непорочен и чист как младенец; грехи прежней жизни заглаживаются через переход в их святое общество. Чада православной церкви - «мирские», «внешние», «никониане», «щепотники», а они – «остальцы древнего благочестия», последователи Христовой веры, составляют из себя какое-то полумонашество, полуотшельничество. Эту тенденцию можно усматривать из того, что умерших своих они обвивают, скрещивая тесьмою или ниткою, наподобие того, как поступают с умершими в монашеском чине.

В гуманное царствование Александра Благословенного запрета таким речам не было. Но вот как бы в помощь местным проповедникам являются проповедники издалека. То были монахи из Иргизских раскольнических монастырей, они свободно и беспрепятственно расхаживали по нашему городу, и, без сомнения, не молчали, но говорили и действовали, а на людей с сильным религиозным чувством сильно влияли продолжительные чинные службы и домашние молитвы по лестовкам степенных раскольников. И невольно увлекались такие люди на сторону, гордого своим благочинием раскола.

Что же делало в столь горячее время православное приходское духовенство города? С уверенность можно полагать, что оно ничего не делало в противодействие развивающегося раскола. Видя некоторое благоволительное равнодушие к расколу со стороны правительства, не получая строгих указаний и внушений от своего ближайшего начальства о противодействии расколу, оно даже не хотело замечать развивающегося по приходу религиозного зла. Венчало православных на раскольницах и равнодушно посматривало на выход православных девиц в замужество за раскольников, запанибрата обращалось с раскольническими священниками и не подводило итога православным и раскольникам. А когда произвели счет раскольникам, то цифра последних оказалась очень почтенною. По клировым ведомостям за 1822 год (до этого времени таких книг в церкви не имеется) раскольников показано: «мужеска пола 395 душ, женска пола 474 души».

Заправщиками раскола в течение настоящего столетия в городе Спасске были дома: московские выходцы Прохор Дворецкий с сестрою; потом явились, породнившиеся с Дворецкими Пресняковы; вместе с Пресняковыми, богатыми людьми, действуют Терсянцевы, также богатые люди. Дворецкие вымерли, Терсянцевы сошли в неизвестность, а Пресняковы, в самую жаркую пору репрессивных мер против раскола, обеднели и выбыли из Спасска в Борисоглебские степи, где снова разбогатели.

После этих вождей явился на сцену дом Василия Филипповича Карасева, который и служил главнейшим пунктом раскольнической силы в продолжении целого полувека. Этот дом с необычным успехом и энергией, достойными лучшей участи и деятельности, сохранил раскол в невредимом здравии и даже с прибылью во время самых тяжелых лет для русского раскола - царствования Государя Императора Николая Павловича. В этот период времени, который можно назвать «Карасевским», спасский раскол окреп и замкнулся; самое слово «Карасев» стало столь громким и высокоуважаемым, что служило отличительным прилагательным для раскольников. Если, например, при следствии спрашивали раскольника: «Ты какой веры?», то раскольник отвечал: «Карасевской».

По смерти Василия Филипповича в январе 1864 года расколом руководил сын его Григорий. Но Григорий Васильевич бессовестно обанкротился и потому потерял поддержку от московских раскольников-тузов, потерял и уважение между местными раскольниками. Место Григория заступил родной брат его Киприан. Этот патриарх спасских раскольников был богатый человек, имел разнообразные торговые занятия, почему с величайшим удобством группировал около себя большую массу раскольников, служа для них охраною. Киприан Васильевич умер в 1878 году, и кормило правления перешло в руки его супруги Ирины Савельевны.

Но женщина - всегда женщина. Утешившись по смерти мужа, она увидела, что ее грабят, что управиться с торговыми делами она одна не может, а потому, подумав хорошенько и помолясь Киевским угодникам, перешла в православие и к крайнему прискорбию для раскольников вышла замуж за небогатого спасского купца. Раскольники предлагали было ей женихов-раскольников, но она отвергла их предложения. (Всего вероятнее, она перешла в православие не прямо, но на правах единоверия).

Оскорбились раскольники и по своему отмстили вероломной отступнице. Переходя в православие, Карасева предполагала было в память супруга своего, Карасева Киприана, уступить дом свой для молитвенных собраний раскольников, как было это доселе. Но раскольники пренебрегли таким предложением и в один из праздничных дней вынесли из дома Ирины Савельевны все иконы, книги, свечи с подсвечниками и все, что касается до их богослужений и не принадлежало Карасевой.

Спасские раскольники принадлежат к «поповщине» и строго держатся попов, бежавших из православной церкви. Австрийское священство они не жалуют. Издавна, время от времени, в Спасск приезжали лжесвященники21 для исправления таинств и треб. С приездом лжесвященника каждый раз в раскольническом мире настает величайшее движение. Кто говеет, кто спешит венчаться, хотя то было в Великий пост и хотя бы жених с невестою жили до того в брачном состоянии год и два; кто присоединяется к расколу из православных; кто несет для крещения детей иногда двух и трех годовалых. А там, смотришь, подъезжают обозы из сел с целыми кучами детей, женихов, невест и говельщиков…

Во всякое другое время, когда нет налицо попа, богослужение у раскольников совершается простыми людьми, клирошанами, которые отправляют над умершими и всенощные и панихиды в частных домах. Крещение совершается преимущественно повивальными бабками, если не имеется надежды, что ребенок будет жив, в противном случае совершение крещения отлагается до приезда лжесвященника. Напутствие умирающим совершается избранными женщинами, которые при себе берегут и причастие. Для венчания люди состоятельные отправляются в Москву, а кто победнее, те употребляют такую хитрость: жених и невеста скрываются недели на две или три у себя дома или где окажется удобнее. Между тем родственники разглашают, что-де жених и невеста уехали в Москву. Когда пройдет достаточное время для поездки в Москву, жених и невеста объявляются как повенчанные, и начинается свадебное пиршество. Молодое поколение, не знакомое с лучшими порядками, равнодушно смотрит на все святотатственные поступки своих единоверцев, но люди старые негодуют на новые порядки и с грустью и умилением вспоминают старое время, когда всякое дело, священства касающееся, простецы почитали за священное и неприкосновенное для себя.

В настоящее время (1880 г.) главным заправщиком раскольнического богослужения состоит крестьянин Илларион Афанасьевич Машин, при котором состоит целый штат клирошан. Они–то и совершают всякие службы, как в моленной, так и в частных домах. В праздники Пасхи и Рождества Христова случается, что и православное приходское духовенство и Машин с причтом ходят «со славленьем» по одной и той же улице: православный священник идет в один дом, раскольнические клирошане лезут в другой.

Когда заходит речь с раскольниками о том, почему они держатся неестественного в христианстве и противного учению церкви порядка, по которому дозволяют простым, не свещенным лицам отправлять богослужение и разные церковно-богослужебные последования и чины, тогда в ответ получается одна затверженная фраза: «Прелагаему священству и закону применение бывает». Значит, можно и простому мирянину делать все, что в древней христианской церкви усвоялось одному законно рукоположенному священству. И быть может, недалеко то время, когда «беглопоповцы» превратятся в коренных «беспоповцев».

До 1872 года у спасских раскольников была общественная моленная часовня, деревянная, очень ветхая, уцелевшая в течение полувека от разрушительного действия времени, была построена ранее 1827 года. Так как часовня эта была дозволена правительством, то ее старательно и ревностно охраняли, она была вся свинчена и укручена железом. Чинили ее обыкновенно в ночное время, чтобы посторонние ненужные свидетели не досмотрели незаконного дела и не донесли, куда бы следовало. Осенью 1872 года часовня сгорела. С тех пор раскольники отправляют богослужение в частных домах, например, в доме Киприана Карасева, в доме купцов Филиновых, с конца зимы 1880 года в доме купца Ивана Васильевича Вихрова.

После 1827 года раскольники наши выстроили было новую, крепкую, очень поместительную деревянную часовню, отправляли в ней службы, но представители спасского духовенства вооружились против такого дерзкого беззакония и затеяли переписку. Дело затянулось надолго, гражданское начальство произвело несколько следствий об этой часовне, сделало несколько осмотров ее. Наконец, часовня была запечатана. Но, вероятно, дело это очень дорого стоило раскольникам, прекратить его, не было возможности. И нежилая часовня сгорела летом 1861 года от неизвестной причины.

Раскольники наши неоднократно ходатайствовали перед высшим начальством, подавали даже прощение на Высочайшее имя о дозволении им построить часовню, но старания их были безуспешны. Каждый раз им предлагали построить не часовню, а единоверческую церковь. Против единоверия наши раскольники имеют сильное предубеждение: по их понятию лучше прямо без обиняков присоединиться к православной церкви, нежели попадать в эту «лазейку», как они величают единоверие.

Для укрепления религиозного духа раскольников и для возбуждения чувств их около часовни, теперь уже сгоревшей, населено с десяток избушек или келий. Кельи эти наполняются девками, старыми и молодыми, и составляют в некотором роде монастырь. (Такие девки занимаются также обучением грамоте и вообще книжной и обрядовой религиозной мудрости детей своих единоверцев). В кельях проживали и некоторые монахини, бежавшие из Иргизских монастырей, и снискавшие здесь не только тихое пристанище, но и величайший почет. Как эти келейницы, так и вообще засиделые девки, которых весьма много у раскольников, составляют крепчайший оплот против всяких покушений кого бы то ни было к переходу в православие.

Вообще в женском поле хранится вся сила изуверства раскола. Женщины строжайше выполняют свои порядки и уставы и знают их несравненно основательнее мужчин. Недаром некоторые называют раскол «бабьей верой». Надобно отдать честь раскольникам за их приверженность к своим убеждениям и за соблюдение строгого порядка в богослужебной обрядности.

Православный, придя в церковь, не знает, где стать, когда положить поклон, в убеждениях своих религиозных вял и слаб. Между тем, у раскольников все приведено в строжайший порядок: стоят они в моленной рядами, крестятся и кланяются в такт, некоторые молитвы поют всем собранием, не благочинно стоящих выводят из моленной. О своей вере каждый из них говорит с полной уверенностью и искренним убеждением в правоте своих слов.

К числу первейших и самоважнейших догматов, по их понятию, принадлежит двуперстие. Оно столь священно, что раскольник правой рукой не смеет сделать православного троеперстия, когда бывает это нужно при беседе о вере. Из-за двуперстия и в православных семействах разыгрываются трагические сцены. Женщин, крестящихся тремя перстами, не только гонят, но решительно презирают и тиранят дотоле, пока не переменят перстосложение. К таким страдальцам принадлежат все женщины, поступающие в семейства спасских старожилов из других городов и из семейств чисто православных.

К числу первейших обязанностей всякого истинного старообрядца принадлежит знание молитвенного «начала». Если надобно сказать укоризну какому-либо раскольнику за его невежество, то достаточно сказать: «Какой он старовер, он не умеет положить «начала». И всякий, понимающий великое значение «начала», тотчас догадается, что за птица тот старовер, который не умеет класть «начала».

При протоиерее Каменском, пользовавшимся особым покровительством Преосвященного Арсения, полицейские власти города не раз вынуждались преследовать приезжающих к раскольникам лжесвященников, но это ни к чему не вело: их своевременно уведомляли о принятых против них мерах или, схвативши, отпускали на все четыре стороны под предлогом, что пойманный бежал из под стражи. Раскольники в этом случае денег не жалеют. И вообще они всегда стараются снискать благоволение как губернаторского, так и местного начальства, от которых, так или иначе, зависит их свобода. Недаром один из спасских исправников называл себя раскольническим архиереем.

Недаром и раскольники в былое время помыкали местными полицейскими чинами как своей крепостной прислугой. Миновало это золотое время, когда бывало голос Василия Филипповича или сына его Григория Карасева имели решающее влияние в делах городского управления, при выборе в городские бывшие должности или по делам о расколе, производимыми губернскими чинами.

Итак, старания Каменского оставались безуспешными. Вот однажды в Спасск прибыл известный в среде тогдашних раскольников беглый священник Провансов. Каменский настоял, чтобы Провансова поймали. И действительно, Провансова посадили в полицию под стражу. Но Каменский не полагался на бдительность полицейских солдат; он для наблюдения расставил около полиции дьячков, благо их, в то время, было много. Дьячки долго прохаживались, долго наблюдали. Провансов, переоделся в мужицкий армяк, давно ушел из полиции и скрылся в благонадежном месте, а дьячки все наблюдают. Наконец, какой-то добрый человек сжалился над длиннополою кустодиею, открыв ей, что в полиции давно простыл и дух Провансова.

По подражанию предшественников в 1863 году возбуждал преследование против раскольнического попа и протоиерей Беловидов. Великим постом означенного года прибыл к раскольникам нашим лжесвященник. По обыкновению, волнение в раскольническом мире было сильное. Оно отразилось и на православных, из которых иные с негодованием смотрели на позорище, другие присоединялись к расколу. Подстрекаемый прихожанами, Беловидов убедил городничего на преследование и поимку лжесвященника. Правда, городничий долго не соглашался на вызов протоиерея, боясь ответственности перед начальством. Протоиерей обнадежил его поддержкою со стороны епархиального и губернского начальства. Городничий, чтобы обеспечить целость своей особы и успех предприятия, вызвал целую роту солдат и сопровождаемый ею, своими полицейскими чинами и депутатом с духовной стороны часов в 10-11 ночи двинулись на поиски. Сначала окружили раскольническую часовню, предполагая застать в ней лжесвященника за службою. Но часовня была пуста. Далее двинулись на Карасевское шерстомойное заведение, однако и здесь не нашли искомого предмета. Куда идти далее? Решились осмотреть дом некоего Красильникова, мещанина, специальность которого состояла в отыскивании и доставке в город лжесвященников. Однако полная неудача преследовала сыщиков и здесь. Встревожили только сонное семейство Красильникова, а подозрительного не нашли. Отсюда городничий направился в город, по домам. Когда вошла эта команда в город, то Карасевы были уже на ногах, разъезжали по домам влиятельнейших и чиновных лиц города с явками и жалобами.

Наутро от Карасевых полетел в губернский город донос на городничего за злоупотребление им своей властью и за оскорбление чести Карасевых и всего раскольнического общества. В доносе сверх того заявлялась жалоба, что во время обыска пропало много товара. Следствием этого поиска было то, что городничий потерял свое место, а протоиерею сделано от епархиального начальства внушение, чтобы на будущее время он лично, без формального требования со стороны гражданского начальства или без особых распоряжений епархиального начальства, в состав подобных комиссий депутатов с духовной стороны не назначал. Этим подвигом спасское духовенство закончило стратегические отношения к расколу.

По смерти Василия Филипповича Карасева дети его задались мыслью распространить местный раскол возможно шире. Для этого пущены были в ход особенно полновесные милостыни по беднякам, явные и тайные, усиленное влияние на бедняков собственной нравственной силы и проповедь. (В Спасске между православными и раскольниками существует обычай подавать за упокой душ умерших, кроме явной милостыни, тайную. Ночью объезжают беднейшие дома и кельи и кладут под окном милостыню. По достатку подавателей милостыни эти различны: то простой калач или крендель, то пара башмаков или платок. Богатые раскольники щеголяют потайными милостынями. Они подают, например, в одну ночь 40 платков, 40 валенок, 40 пар башмаков и т. п., но непременно, 40 вещей одновременно).
______________________
Некто Самсон Ботиев, спасский мещанин, несколько времени почти безвыходно жил в подгородней деревне Леплейке, читал там старинные книги и раскольнические легенды, объясняя читаемое, и до того проникся своею задачею, что, бывало, читает, объясняет и плачет. (Самсон Ботиев курил табак. Когда слушатели спрашивали его, зачем он курит проклятое зелье, он давал наивный ответ: «Табачный дым и чертям в аду противен».) Слушатели невольно увлекались этой воодушевленной проповедью. И не бесплодна была эта проповедь. В продолжение Великого поста 1861 года из жителей деревни Леплейки несколько семейств оставило православие и перешло в раскол. Большинство из этих семейств и ранее этого времени по дикости и невежеству были холодны к церкви, но не будь на них сильного толчка со вне, они не подумали бы оставить веру отцов своих. Этот момент времени был одним из самых мрачных, скорбных и тяжелых, которые когда-либо приходилось переживать духовенству города Спасска.

Бывало, приходит к приходскому священнику толпа домохозяев или в одиночку мужчина или женщина и заявляет: «Батюшка, мы теперь не твои, не твоего стада овцы, отпиши нас». Такое исповедание новых раскольников было неслыханным и, надо добавить, чрезвычайно дерзкою новостью. Увещания со стороны священников, конечно, были, но они действовали на отпадших, как на мертвых. Иной из этих исповедников, бывало, войдет в дом священника в смущенном состоянии, как будто со стыдом, но после получасовой речи к нему священника, в продолжение которой он геройски отмалчивался и собирался с духом, уходил, как, ни в чем не бывало.

Вот несколько образчиков разглагольствований священников с отпадшими от святой церкви. Один священник вразумлял такого прихожанина в необходимости священства. Он указывал отступнику на места священного писания, говорящие о необходимости принадлежать к церкви Христовой для получения вечного спасения, говорил о необходимости в церкви законного священства. Раскольник молчал. Изъяснив, как умел, догматическую, отвлеченную сторону рассматриваемых предметов, священник перешел к практическим примерам, которыми надеялся нагляднее вразумить слушателя в необходимости правильного священства: указывал на смертный час, когда верующему христианину нужна исповедь и святое причастие, на молитвословие и обряды, необходимые в быту православного и исполняемые только законным священником. Раскольник молчал. Наконец, священник спрашивает: вот примерно тебе нужно освятить икону, где взять святой воды, где взять священника? Тут только отступник открыл уста свои и проговорил: «Иконы у меня еще хороши, в новых - я не скоро увижу надобность». Этим закончилась и беседа, в которой слушатель, очевидно, не имел надобности.

Другой раскольник, слушая внушения священника о необходимости исповеди и святого причастия для получения живота вечного и о том, что у раскольников нет и быть не может ни исповеди, ни святого причастия, т.к. у них нет правильного священника, отвечал: «В книгах написано, что, когда нужно, человека причастит Ангел Господен». Один священник каждый раз, как только дозволял случай, обращался со словом назидания к одной семье, уклонившейся в раскол, но у которой старший член оставался еще в православии. Наскучило раскольникам слушать священника, и вот они через людей заявили, что если священник станет продолжать свои увещания, то они более принимать его не будут. Так и случилось: не только не стали принимать священника, но и православного сочлена своего сманили в раскол.

В примерах совращения в раскол замечается какое-то коварство, измена. Человек, по-видимому, так искренно говорит со священником, так тверд в вере отцов и неприязнен к расколу, что можно бы ставить его в пример благомыслия другим, но проходит несколько времени, и человек этот делается неузнаваем, пылает самой горячей преданность к расколу и своего пастыря знать не хочет, и не глядит на него. Переболит все сердце при виде таких необъяснимых метаморфоз.

Одна православная женщина очень усердно посещала церковное богослужение и любила своего священника. Жаловалась она на то лишь, что неприятно ей слушать певчих и смотреть на регента, который все машет рукою. Рассказывала даже сон, что видится ей тот машущий рукою человек, стоящий вверх ногами, тем не менее, заподозрить ее в расположении к расколу не представлялось ни малейшего повода. Раз эта женщина просит Четью-Минею. Священник дал ей просимое в уверенности, что чтение житий святых еще сильнее расположит благочестивую женщину к доброй христианской жизни. Вышло иначе. Что прочитали ей в данной книге, остается тайной для священника; но явно стало только то, что с тех пор женщина эта перешла в раскол, в котором состоит доныне.

Один крестьянин жестоко преследовал жену свою за переход в раскол, вынуждал ее возвратиться в недра православия. И что ж? Спустя немного времени, этот ревнитель православия отказался перед священником от церкви и перешел в раскол. Что за тайная сила в расколе, притягивающая к себе чад православной церкви – для православного священника остается не разъясненной тайной.

Жители города и слобод в принадлежности к церкви крепки и постоянны. Хотя большинство их усвоило многие раскольнические мнения, но весьма редки случаи переходов их из православия в раскол. В этом случае Леплейка представляет из себя обратное явление. Леплейка – это подгородняя деревня, принадлежащая приходом к Соборной церкви. Жители этой деревни, как передают и как можно догадаться, состоят из обрусевшей мордвы и просвещены христианским учением едва ли ранее начала прошлого столетия – в 1782 году леплейские крестьяне еще именовались новокрещеными.22 Идолов они давно забыли, но евангельское учение и церковность неглубоко проникли в дух их по крайней дикости и грубости их. Это главнейшая причина, что леплейское население охотно поддается учению раскольников, увлекается всяким ветром учения.

Грубый крестьянин, для которого тонкости догматического учения не доступны, всего охотнее останавливает свое внимание на обрядности и внешности. Здесь он осязательно, наглядно видит религию. А так как раскольническая обрядность проникает всюду, научает не только тому, сколько нужно полагать поклонов за утреню, за вечерню, за часы, как нужно полагать молитвенный начал, как покадить ладаном избу, но и тому, как надобно есть, как пить, как убрать и помянуть покойника, как приступить к посеву и т. д. – то для грубого человека более этого ничего и не нужно. Понятная ему осязаемая им религия обнимает весь его внутренний, психический и весь внешний бытовой строй, и он спокоен. А тут являются новые побуждения, подстрекающие дикаря к расколу. Это покровительство людей сильных и материальная поддержка от них, это независимость от духовенства, самозаконие.

Пока человек состоит в православии, доселе он обязан выполнять законные требования священника. А между тем, как бы хотелось иногда обойти закон! Похоронил бы скоропостижно умершего без суда и проволочек – говорят, что нельзя, обвенчал бы недоросля – говорят опять, что нельзя. Между тем, в расколе и то и другое практикуется как возможное и беспрепятственное. А при всем том, приходский священник требует плату за всякую требу, за всякий урочный праздник. И вот леплеец запирает ворота дома, видя, что приходское духовенство подходит к его дому с молебном. Затем через год, через два этот домохозяин и полный раскольник. Другой, напротив, принятие священника в дом свой предъявляет как одолжение, делаемое исключительно одному священнику, ничуть не думая о том, что молебен служится для освящения его – домохозяина с семейством и для оживления его религиозного чувства. Да леплейцы и не присутствуют при служении молебнов в домах их. Они к тому времени уходят на огород, к соседу или куда-либо, остаются для слушания молебна одни женщины.

Последствия такой дикости, холодности к религии и самозакония весьма печальны. Одна женщина ушла в раскол потому, что священник отказался обвенчать ее сына-недоросля, в расколе она, конечно, обвенчала его. Один леплеец по фамилии Зинкин женился на трех женах, оставляя их одну за другою и не дожидаясь их смерти. Для получения последней жены, он перешел из раскола в православие. Другой леплеец, тоже по фамилии Зинкин, дошел до такого практического материализма, что, будучи сам не раскольник, не тем более православный, выдавал дочерей своих в замужество за раскольников, несмотря на то, что дочери числились православными и хаживали на исповедь и к святому причастию. Грубому человеку лучшей религии и не надо.

С 1873 года у леплейских раскольников появилась своя моленная. Здесь особенно усиливается толк беспоповщины, поглощающий и православных и приверженцев поповщинского толка. С 1861-1862 годов усиленное движение православных к расколу значительно ослабело. Случаются и доселе единичные отпадения, но редко.
________________________
Зато, наоборот, случаются и единичные обращения из раскола в православие. Надобно, однако, заметить, что от лиц, перешедших из раскола в православие, польза для церкви в большинстве случаев ничтожна. А обращение в православие достопочтенного храмоздателя тюремной и кладбищенской церквей Евфима Григорьеича Щеглова, оставившего раскол назад тому лет 35 или 40, и страшного для раскольников полемиста, или обращение внука Никиты Захарова (Захаровича) Турусова, второстепенного после Карасевых главаря раскольников, чрезвычайно редки. (23)

В большинстве случаев переходят в церковь либо какие-нибудь проходимцы, которыми тяготится и общество раскольников, либо невесты, желающие вступить в брак с православными женихами, либо лица, пришибленные судьбою, которые ищут поддержки и покровительства от новых собратий. Даже там, где бы можно и где бы следовало ожидать пользы для церкви от присоединившихся к ней раскольников, и там пользы этой не оказывается. Например, госпожа Карасева при своих недюжинных средствах и при своем влиянии на раскольников могла бы увлечь за собой не один десяток одноверцев. Однако ж этого не случилось – переход совершился единичный, бесследный…

Раскольническое общество в России существует более 200 лет, в Спасске – не мене 100 лет. У него образовались свои традиции, свое миросозерцание, оно связано бесчисленными узами родства, торговых, бытовых и нравственных обязательств. Вероучение раскольников всосалось с их плоть и кровь, оно стало одним существом с личностью раскольника. Это общество имеет у себя целую письменность, так или иначе доказывающую правоту и превосходство раскольнического вероучения перед всеми другими вероучениями. Раскольник чуждается трапезы, предлагаемой ему иноверцем, и пренебрежительно, как на погибших, как на нечистых, смотрит на всех, кто не принадлежит к его согласию, не исключая и православных. В довершение всего, у раскола есть вожди, которым он поручил защиту и охрану своего дела и которым он верит тем охотнее, что эти вожди действуют, не только бескорыстно, но с явным практическим интересом для раскольников. Нельзя же сказать о таком обществе, что его легко и скоро можно расшатать и опрокинуть…

По переходу Ирины Савельевны Карасевой в православие главою и попечителем спасских раскольников стал купец Иван Васильевич Вихров, как самый видный и сильный теперь в среде их капиталист. Он предоставил один из своих каменных флигелей в пользование своих единоверцев под моленную. Флигель весьма поместительный, и такого простора раскольники не видели со времени сгорания их часовни. С конца зимы 1880 года здесь и открыто богослужение. Но враг человеческого рода и в таком добром деле сделал помеху, конечно для собственного только утешения и в огорчение для наших «остальцев древнего благочестия».

Открытие моленной в доме Вихрова почему-то не понравилось Григорию Васильевичу Карасеву, в былое время великому человеку в мнении спасских раскольников. И вот он открывает моленную в собственном доме, куда и отзывает своих приверженцев. Это бы не беда. Со времени сгорания часовни раскольники совершали моления в двух местах: в доме Киприана Карасева и в доме купцов Филиновых – значит, привыкли делиться на две части. Но беда явилась в том, что Карасев начал противодействовать и вредить Вихрову. Люди, которым отказать в добросовестности и в знании дела нельзя, утверждают, что Карасев для привлечения в свою моленную богомольцев употреблял и насильственные меры. Например, в продолжение утрени первого дня Святой Пасхи два полицейских солдата стояли в дверях Вихровской моленной и отсылали приходящих богомольцев в Карасевскую моленную, настаивали даже на прекращении богослужения. Вследствие этого в Вихровской моленной служба прекращалась дня на два. Но непонятно, как могли полицейские солдаты без разрешения своего начальства вторгнуться и так смело распоряжаться в доме Вихрова – не последнего туза в городе. Бедный Карасев! Ему, без сомненья, очень больно, что он забыт своими единоверцами и без сомненья он желал восстановить упавшее значение и громкое имя среди них. Впрочем, и Карасев потешил свою гордость.
Когда в Вихровской моленной приостановлена была служба, (а на стороне Вихрова было общее сочувствие, и Илларион Афанасьевич не хотел идти в Карасевскую моленную для совершения в ней службы), Иван Васильевич Вихров смирился, отправился к Карасеву самолично и упросил его не продолжать раздора и не враждовать против Вихровской моленной. Итак, Карасев уступил, но уступил не силе, а мольбам, отступил с достоинством и честно, как искусный генерал. Это последний эпизод из новейшей жизни наших раскольников.

Примечания Н.И. Забродиной

20. В 1800 году священники Спасска жаловались тамбовскому губернатору Бахметеву на «неизвестных разного вида людей, проживающих у экономических крестьян, которые подбивают их не ходить в церковь и не справлять религиозных таинств». Часть крестьян, и в их числе волостной голова, были арестованы. «Но как только сие было исполнено, то пришли к квартире губернатора до двухсот человек, и с шумом и дерзостью требовали, чтобы голову освободили, или всех их взяли под караул». Буйство прекратилось, когда главные бунтовщики, и в их числе священники-старообрядцы, были схвачены и посажены в местный острог.
(Известия Тамбовской ученой архивной комиссии. - Вып. 41. – Тамбов, 1897, - С. 57-58).

21. Лжесвященниками называет автор служителей культа старообрядцев, деятельность которых была запрещена в России. Разрешалось открывать единоверческие храмы, где богослужение проводилось по старопечатным текстам, и разрешалось избирать своего священника. Единоверческие церкви находились под контролем православных епархий. В 1905 году был упрощен порядок регистрации старообрядческих общин. В 1970-х годах РПЦ окончательно сняла со старообрядцев анафему.

22. Мордва села Леплейки была крещена в 1742 году.
(Известия Тамбовской архивной комиссии. Вып. 17. - С. 16).

23. Внук Н.З. Турусова – Георгий Кузьмич Турусов.
_______________


Реморов Г.

Раскольнический толк середники в г. Спасске Тамбовской губернии
(ТЕВ, 1889, № 1)


Восемь лет тому назад в городе Спасске явился новый толк - середняки. Раскольники эти, выросшие из толка беспоповцев, называются так потому, что Воскресный день, празднуемая ими Пасха, совпадают с нашим недельным днем средой. Странно видеть, когда наши православные имеют большой соблазн, когда они постятся, одеваются в будничную одежду, работают, середняки кушают скоромное, идут празднично одетые в молитвенный дом и не работают весь день.

Основатель это секты Кирилл Алексеев(ич), 55 лет, так он и зовется большей частью без фамилии между своих односельчан д. Липлейки. Он в давно минувшие времена учился грамоте у богомолки-начетчицы, старой девы Марфы Ивановны Уралки, которая недавно скончалась 80 лет от роду. Она за строгость жизни была уважаема среди своих единоверцев, но строгость жизни Марфы при ложном направлении ее принесла большой вред окружающим ее лицам.

Нужно заметить, что 25 лет назад, когда зарождались середники, в г. Спасске жители были религиозно любознательны, любили поговорить о религии. Воскресных вне службы собеседований, как теперь и в помине не было. Сходившиеся к Марфе раскольники, в их числе и К. Алексеев, считали себя гонимыми, возымели странную мысль и стали приводить ее в исполнение. Явились свои «печатники», не типографщики, а печатники рукописные, нашлись свои доморощенные писцы.

И вот дело, как говорится, закипело. Марфа задает тон всему делу, учительствует и указует, как печатать. Уралка указует на каждой странице Апокалипсиса рисовать своим подручным художникам картину, сообразно содержанию. Лица и сюжеты для этих картин Уралка заимствует из окружающих православных жителей г. Спасска или других. Таким образом, и Антихрист и предтеча его и прочие лица и события окрасились чем-то очень наглядным. Так что каждый, взглянув на Апокалипсис, увидит там знакомое. Это должно поразить «притеснителей» их и впечатляет их чем-то необъяснимо странным. Как бы то ни было, но о существовании у раскольников ложного Апокалипсиса в лицах узнали те, кому видеть подобает. Книгу арестовали, ее отобрали у изуверов.

До этого времени в г. Спасске были только раскольники-беспоповцы. Теперь является представитель секты беспоповцев, некто Сыромятников, который занимается пропагандой своего лжеучения с несколькими семействами (до 10) его последователей. Сыромятников упорно отстаивает свое учение, с фанатизмом отзывается о нынешней православной церкви, считая ее антихристовой, и время наше – антихристовым. Упомянутый мной Алексеев дошел до крайне дерзкой мысли, что Господь наш И. Христос не есть истинная Мессия, Спаситель мира, а другое лицо. Он говорит, что Христос родился не в 5508 году от сотворения мира, а в 8500 году. Сообразно этому лжеучению Алексеев и установил праздновать Пасху не по общепринятому календарю, а на 8 лет прежде нашего счисления. Таким образом, как будто и вышло, что Пасха Алексеева и воскресные дни совпадают с нашей средой.

Пасха у католиков празднуется на 12 дней раньше нашей, согласно их календарю. А мы тут не причем, мы Пасху держим правильно. Кому же, спрашивается, Алексеев празднует Пасху, творит поклоны? Страшно сказать. Но пусть всякий сам разумеет это. А наш православный народ видит и смущается. Между тем, на Кирилла Алексеева никакое слово убеждения не действует.
_________________

Куликов Е.Ф.
Возникновение беглопоповщинской секты в приходе села Абашева
(Пензенские епархиальные ведомости, 1903, № 14,15).

Со времени возникновения в селе Абашеве прихода и до начала 19 века население его было поголовно православным. Но приблизительно в начале 19 века, как говорят старожилы, появились в Абашеве раскольники беглопоповщинской секты. Есть в народе и предание, обнаруживающее первых ее насадителей. Предание это гласит: лет около 90 тому назад жила в селе Абашеве со своим мужем крестьянка по имени Мавра. Семейная жизнь этой четы была далеко не из завидных – между ними каждый день ладу не было, и кончилось это тем, что Мавра бросила мужа, махнула рукой на хозяйство и ушла из села неизвестно куда. Долго ли бродила эта женщина по чужой стороне и где именно, сказать ничего нельзя, но пришло время, и Мавра опять вернулась в родное село. Раньше все знали, что Мавра неграмотна, жила как и прочие крестьянки, никогда и ничем не выделялась из их среды. По возвращению ее из отлучки абашевцы стали замечать, что Мавра почитывает книжечки, привезенные с собою, почитывает и даже толкует всем о какой-то старой вере, называя православную веру новою, не истинною, а испорченною и лживою.
Население заинтересовалось, благодаря своей духовной темноте, бреднями бабы, и прослыла Мавра великой грамотницей и начетчицей по селу. Начали собираться около Мавры небольшие кружки слушателей, число которых все более и более увеличивалось. Новая проповедница с успехом повела свою миссию – первые заразились ее пропагандою местные чернички-богомолки, которые сделались впоследствии усердными помощницами Мавры в деле сеяния плевел новообразовавшейся секты.
Скоро начали заражаться лжеучением Мавры и мужчины, и притом самые влиятельнейшие из крестьян села Абашева: Ефрем Шалыгин, Сергей Яковлев Блинов, Яков Абрамов, по прозванью Ворона, Иван Маненин, Иван по прозвищу Казак, Егор Феклушин и другие. Лица эти, как говорят о них старожилы, никакими природными дарованиями из среды прочих своих сельчан не выделялись, были даже большей частью неграмотны.
Особым почетом и уважением среди первых абашевских сектантов пользовалась, конечно, Мавра; раскольники считали ее почти святою, и ее мнение признавалось всегда правильным и неопровержимым. И теперь еще свято хранится в среде раскольников память о «бабушке Мавре».
Сначала сектанты скрывали свое вероучение очень искусно от лиц, облаченных гражданской или духовной властью. Причт села Абашева, по всей вероятности, даже и не подозревал существования секты до 1834 года, потому что в клировых ведомостях предшествующих сему году лет ежегодно помечалось: «раскольников и сектантов не имеется». В 1834 году причт пишет: «в приходе имеются раскольники беглопоповщинского толка, которые имеют свою часовню и производят моление сами, но для исправления треб, кроме погребения, призывают приходских священно и церковнослужителей». Раскольники показаны в сем году уже в количестве 153 человек. Такая цифра и местное предание свидетельствуют о том, что секта в селе появилась гораздо ранее 1834 года, а именно, в начале 19 века.
Ускорению раскола способствовали крайняя темнота и исконное невежество местных крестьян в истинах христианского вероучения. Темноту же эту разогнать было некому – школ не было, а если и были кое-какие грамотеи-самоучки, то они кроме азбуки и чтения псалтыря по складам сами ничего не знали, хотя занимались обучением грамоте других лиц.
Лжеучение в приходе распространялось через вышепоименованных лиц, которые сделались из прилежных сынов св. Церкви ее врагами и энергично повели дело своей пропаганды среди своих родных и односельчан. Правда, эти «апостолы лжи» были большей частью неграмотны, но это нисколько не мешало им быть успешными деятелями распространения секты.
Во-первых, у них под руками были начитанные клевреты из раскольников близкого к селу Абашеву города Спасска Тамбовской губернии, которые разжигали в них и ненависть к православию посредствам хулы на него и осуждения жизни священнослужителей православной церкви и вообще православных людей, поддерживали в них ревность к своему делу. (Спасск издавна заражен расколом и до сих пор славится как могучий рассадник и центр раскольнической пропаганды в нашей местности).
Во- вторых, они сообщали абашевским раскольникам необходимые сведения из старопечатных книг, могущие служить им орудием пропаганды, которая начала заражать собой православное население прихода все быстрее и быстрее. (Местное предание говорит, что из Абашева раскол был занесен и в соседнее село Паны).
Часть местного населения в это время относилась к новому лжеучению с интересом, и многие стали от православия уклоняться, сперва скрытно от духовенства, проявляя свою заразу только непосещением храма и уклонения от исполнения христианского долга исповеди и св. причастия. Быстрому распространению секты способствовало еще и то обстоятельство, что первые пропагандисты ее пользовались почетом, уважением, следовательно, и влиянием среди своих односельцев, как люди умные, толковые и богатые. (Особенно Феклушин, который и по сие время считается одним из состоятельных крестьян села Абашева).
Чего-либо особенно привлекательного в посеянном лжеучении для местных поселян не было, скорее, как говорят старожилы, с правого пути сбивало многих прихожан «застращивание» лжеучителей. Они проповедовали, что со времени патриарха Никона, испортившего древнеправославную веру посредством внесения мнимых новшеств в религиозный строй церковной жизни и порчи богослужебных книг через сделанное им исправление, настало последнее время. Антихрист уже не только царствует в мире, но сидит даже и в церкви Божией, «показуя себя яко Бог», и что поэтому они, раскольники, теперь есть «сущие июдеи». Заботясь о спасении своих душ и удаления себя от козней «скверного», они должны из церкви «яко из Иерусалима, бежать на горы», т.е. держаться подальше от церкви и православия, прервать с ними все отношения, «дабы не погибнуть, но в разум истины прийти спаситися».
При этом, для подтверждения своих бредней, лжеучители приводили места из старопечатных книг, стараясь читать их во всеуслышание своим односельчанам и толковать прочитанное по-своему. Кроме того, в первые годы возникновения беглопоповства сектанты жили между собою довольно солидарно, помогали друг другу даже в материальном отношении. Хотя эта помощь была незначительна, но служила порядочною приманкою для бедных поселян.
Как отнеслось к возникновению и распространению секты в приходе местное духовенство и предпринимало ли оно какие-либо меры, в точности неизвестно. Некоторые из старожилов говорят, что священники того времени относились к секте равнодушно и почти никаких мер к искоренению ее не принимали. Только с поступлением в приход священника Дилигентова начал принимать меры к задержанию распространению раскола. Он кроме воздействия на заблуждающихся посредством пасторских внушений, как своим прихожанам, так и раскольникам, донес о возникшей секте начальству, указав и главных ее деятелей. Некоторые из них были преданы суду и получили должное возмездие. Так, уставщик Сергей Блинов был сослан со всем семейством в город Ленкорань Бакинской губернии, некоторые были посланы на увещание епархиального начальства.
Клировые ведомости дают следующие цифры, показывающие рост раскола: в 1839 г. – 108 душ обоего пола, в 1850 – 64, в 1860 – 227, в 1870 – 369, 1885 – 837. Из приведенных цифровых данных усматривается, что раскол около половины 19 века значительно уменьшился. Причиной сего уменьшения было отчасти энергичное противодействие распространению секты, казанное священником, о. Дилигентовым, а главным образом, мероприятиями правительства того времени… Но с уходом о. Дилигентова в другой приход для роста раскола снова наступило благоприятное время, и число его последователей быстро увеличилось.
Совратившиеся в раскол поселяне находились в тесном религиозном сношении посредством бесед, чтений старопечатных книг, взаимного обучения грамоте, пению и т. п. не только между собой, но и с заблуждающимися жителями других (населенных) пунктов. Они часто посещали сектантов г. Спасска и смежных с ним сел Липлейки и Хомутовки, а также соседнего села Панов.
К духовенству на первых порах сектанты относились враждебно, гнушались даже встрече с членами причта. При пасхальном и других молебнах они ставили в избе, или около нее, стол, покрывали его скатертью, клали хлеб, деньги «за труды попу», а сами удалялись, так что молебен служился причтом в отсутствии хозяев. Если же священник начинал увещать нечаянно попавшегося ему на глаза раскольника, последний в фанатическом экстазе выходил из себя или убегал, заткнув уши, или же грубо возражал ему, не сдерживаясь в хульных выражениях.
К своим православным односельцам сектанты питали тоже страшную ненависть. Войти в дом к православному для раскольника было осквернением, вкушать пищу из посуды, принадлежащей «никонианину», тоже. Отъезжая на базар, в дорогу или в какое другое место, где раскольнику необходимо было так или иначе соприкасаться с православными, мнимый старовер, дабы не осквернить себя вещами «мирскими», брал с собой свою пище и посуду. Даже к своим родственникам из православных раскольники ходили с неохотою и только в самых необходимых и исключительных случаях.
Представителей гражданской власти раскольники хотя и считали втайне слугами антихриста, но оказывали им видимое почтение и уважение, слушали их распоряжения, исправно платили подати и несли прочие повинности. Многочисленным случаям вмешательства гражданской власти в дела раскола сектанты придавали значение гонений на них, как на «истинных древлеправославных христиан» от антихриста, а себя называли мучениками, гонимыми за Христа.
Несмотря на вмешательства гражданской власти в дела пропаганды раскола, число отступившихся от православия жителей увеличилось довольно быстро. С первых лет основания секты раскольники, как свидетельствуют народные сказания, устраивали свои собрания в домах своих лжеучителей, где совершалось «моление», т.е. читались часы, слушалась вечерня и утреня, а впоследствии, около 1834 года, сектанты построили моленную.
Руководителями секты с первых лет ее возникновения были крестьяне: Блинов, Феклушин и Ворона. Блинов, как грамотный и начитанный более прочих, принял на себя роль уставщика и наставника. После Блинова были уставщиками: Ворона, Феклушин, Андрей Алимов, Иван Маненин, Даниил Маненин, ныне священник единоверческой церкви, Трифон Блинов, сын сосланного в Ленкорань уставщика Сергея Блинова, Федор Языков и Трифон Фонталкин. Последние двое руководят сектою и по сие время.
Эти уставщики совершали службу, справляли требы в своих моленных, а иногда просто в домах «пасомых». Моленные устраивались на общественные раскольнические средства, заведование поручалось или тому лицу, на земле которого она построена, или же одному из влиятельных раскольников. Каждый прихожанин обязан был пожертвовать в моленную свою икону и зажигать перед ней свою свечу или иметь лампаду во время службы, что практикуется и по сие время. Но немало в моленной икон, подсвечников, лампад, аналоев и другого имущества, которое принадлежит целому «собору», т.е. всему обществу сектантов.
В частной своей жизни раскольники отличаются большой скрытностью, особенно когда дело касается религиозных интересов. Любят раскольники и поспорить о вере с православными, причем, проявляют извороты речи, а иногда и софизмы, чтобы сбить собеседника с пути, поставить его в тупик и бросить тень на православие…
Раскольнические семьи жили довольно патриархально. Власть главы в семье имела решающее значение. Против него не смел ничего сказать младший член семьи, особенно из женского пола. Родителей раскольники почитали и весьма дорожили их не только благословением, но даже и словом одним. Последнее доказывается тем, что многие раскольники признаются в настоящее время, что они последовали учению секты по благословению или по приказу родителей, боясь их загробной клятвы. Раскольники стращали детей ужасными проклятиями в случае их перехода в православие…
Гражданская власть (полиция) употребляла усилия по задержанию развития раскола при помощи строгих внушений, приказаний и угроз сектантам не оказывать публично совершения своих религиозных обрядов, не строить часовен и молитвенных домов, а иногда и прямо требовала полного отречения от заблуждения своего, подвергая телесному наказанию непокорных. Но суровые меры мало способствовали делу пресечения секты, последователи ее твердо держались своей веры, руководствуясь мыслью, что притеснения со стороны духовенства и полиции – ухищрения антихриста и что терпящему все эти гонения готовится на небе мученический венец…
С самого первого времени возникновения в приходе сектантства местные помещики смотрели на него, по народному сказанию, неодинаково. Сперва они старались пресечь развитие секты среди своих крепостных и употребляли для сего суровые меры телесных наказаний, а иногда назначение лишних работ. Один из старожилов по этому поводу рассказывал: помещик Хохлов (Акинфий Иванович) однажды объявил своим крепостным сектантам – если кто не желает идти по праздничным дням в церковь к богослужению, то пусть до самого обеда таскает песок из оврага в экономию. Ни один из раскольников не пошел в церковь, а все они, без различия пола и возраста, принялись за указанную работу. Содействия помещиков просили духовники и гражданская власть. Но вскоре Хохлов изменил свое отношение к сектантам и дал им полную свободу в их религиозных делах, устранив даже вмешательство представителей гражданского начальства.
Примеру Хохлова, как говорят старики, последовали и другие помещики села Лачинов и Скуратов. С этих пор сектанты не терпели более гонений и продолжали свое губительное дело – раскол начал расти еще быстрее, пропаганда повелась успешнее.

Современное состояние раскола

В приходе села Абашева, как первоначально образовалась, так и осталась по сие время только секта беглопоповщинская. Сами раскольники называют себя староверами, а православные называют их раскольниками, калугурами. Они имеют сношения с другими пунктами, зараженными расколом. Это город Спасск Тамбовской губернии в 8 или 9 верстах от Абашева, села: Хомутовка, Леплейка (деревня) Спасского уезда той же губернии, находящиеся верстах в 12-ти от Абашева и Паны Наровчатского уезда Пензенской губернии в 8–ми верстах. Сношения эти бывают в следующих случаях: а) когда приезжает в известный пункт беглый поп, тогда раскольники стремятся туда для удовлетворения своих религиозных потребностей; б) когда возникают между раскольниками какие-либо недоразумения из области веры, и тогда для разрешения их собирается в определенном пункте «собор», на котором спешат присутствовать начетчики, уставщики, заправилы и простые ревнители секты, дабы общим мнением уладить возникший вопрос или недоразумение; в) когда бывают раскольники друг у друга во время храмовых праздников (они празднуют те же праздники, что и православные); г) по случаю браков и крестин и прочее. Эти обоюдные их сношения и посещения сопровождаются чтением и толкованием старопечатных книг, пением различных песнопений и кантов религиозного характера, разговорами о вере, о текущих событиях в мире раскола, пересудом жизни «никониан».
Всех раскольников проживает теперь всего лишь 8 человек, так как большинство их около 1895-96 года отошло от него и причислено к возникшему около того времени единоверческому приходу, в коем их числится по последним документам 654 души обоего пола, а во всем селе 662 человека. 4
Между православными прихожанами, зараженными духом лжеучения, теперь не встречается совершенно. Все вообще раскольники села Абашева, как и остальное его население, по национальности великорусы, по сословию – крестьяне, бывшие до реформы 1861 года крепостными местных помещиков.
Ныне у раскольников два наставника, это местные крестьяне: Трифон Николаев Фонталкин, уставщик первой и более богатой моленной, и Федор Языков, уставщик второй моленной. Кроме сих лиц в каждой моленной есть чтецы, среди которых немало начетчиков. Из их числа пользуются особенным расположением следующие лица: Трифон Сергеев Блинов (сын уставщика Блинова, сосланного в Ленкорань), Иван Акимов Матвеев, Иван Филиппов Зоткин и Афанасий Петров Фирсанов. Все эти лица какими-либо умственными дарованиями из среды прочих собратьев нисколько не выделяются. А если и пользуются влиянием среди своих единоверцев, то только потому, что в моленных силятся больше других кричать во время пения, заучили несколько текстов из старопечатных книг и умеют при случае пустить пыль в глаза невзыскательным слушателям.
Нельзя сказать, чтобы уставщики искренне и глубоко были преданы своему лжеучению, они в настоящее время начали уже понемногу понимать, а порою даже делают намеки на то, что «вера их и действительно не настоящая и не спасительная». В расколе их держит привычка быть в некотором почете среди своих собратий, охота сладко поесть-попить на свадьбах, на крестинах или на похоронах, где являются они первыми людьми и почетными гостями, иметь хороший доход за совершение треб. Так, во время родительских суббот уставщики и клир набирают столько хлеба, кренделей, меду и даже денег, что другому священнику православного прихода, хотя бы и самого лучшего, столько никогда не достается. Некоторым раскольникам препятствуют присоединиться к православию закоренелые в лжеучении родственники, особенно из пожилых людей.
В частную жизнь своих прихожан уставщики не вмешиваются. Должность уставщика выражается в том, что он во время служб заведует книгами, наблюдает за порядком службы и благочинием в моленной, а также крестит младенцев, венчает желающих вступить в брак, хоронит умерших, напутствует больных (приобщает «святым хлебцем») и исправляет прочие требы.
Во время поста совершается у раскольников общая исповедь (единичной не практикуется) или так называемое скитское покаяние. Оно состоит в том, что уставщик читает раскольникам по требнику названия грехов в вопросительной форме и решительно безо всяких пропусков и отступлений, а слушатели повторяют хором: «грешен». Епитимий уставщик не на кого не налагает. Приобщаются раскольники просто белым хлебом, нарезанными небольшими сухариками и запивают святой водицей. Хлеб этот иногда покупается в булочной г. Спасска, но после совершения над ним известной церемонии религиозного характера, именуется «святым» и заменяет раскольникам Св. Дары. Раньше причастие привозилось из Москвы, его вручали на хранение какой-нибудь благонадежной пожилой черничке или старику, они хранили его у себя, налив в четверть и поставив в недоступное для посторонних глаз место. Когда причастие подходило к концу, то его разбавляли водой или виноградным вином… Но теперь, кажется, причастие вышло из употребления.
В Абашеве имеются две моленные и одно кладбище. Молитвенные собрания у раскольников довольно часты: они служат каждый праздник, а именно накануне его вечерню, поутру утреню и часы. Литургии, конечно, не совершается. К этим службам собираются дружно только одни закоренелые раскольники, большей частью пожилые, менее закоренелые в моленную вовсе не ходят. Ревностны к посещению моленной еще клирошане, которых влекут туда различные подачки (крендели, мед, булки, деньги), которыми наделяют прихожане членов клира за пение молебнов или панихид. Вся служба состоит из пения и чтений молитвословий, положенных уставом. Каждение исполняет другое, особо назначенное лицо из добрых и благочестивых старичков. Кадильницей служит глиняная ладоница, сделанная наподобие кадила, но имеющая вместо цепочек деревянный черен. Свечами заведует особый ктитор или староста моленной.
В учении местного беглопоповства и до сих пор нет особенностей сравнительно с учением раскольников других мест. Все книги церковно-богослужебного характера раскольники имеют до никоновской редакции, кроме них держат различные цветники и апокрифы, но последние тщательно скрывают. В настоящее время даже и самые закоренелые отщепенцы начали почитывать книги православных изданий, особенно из библиотеки церковноприходской школы, а сам уставщик Фонталкин выписывает даже газету «Сельский вестник». Абашевские беглопоповцы, не исключая даже уставщиков, начетчиков и всего клира церковного, полнейшие невежды в истинах веры: они и до сего времени не могут различить догмата от обряда; мало того, даже не имеют основательных понятий о Боге, Его свойствах и Троичности лиц. Смутное имеют представление о Ветхом и Новом Заветах, а священную историю ни один из сектантов не знает. Поэтому и пастырская деятельность уставщиков кроме совершения службы ни в чем не проявляется. Только иногда читают они поучения Св. И. Златоуста по старопечатным книгам.
Внутренний строй жизни у раскольников ничем не отличается от православных, с которыми они находятся в дружественных и миролюбивых отношениях… Различных видов материальной взаимопомощи между раскольниками теперь уже не наблюдается. Правда, они отличаются состоятельностью и зажиточностью, но это объясняется массовым занятием гончарным ремеслом, которое среди православных встречается почему-то гораздо реже… Отщепенцы в трудолюбии превосходят православных поселян. Главное занятие всего населения села – хлебопашество, побочные – гончарное и торговое (хлебом, снимкою садов, арбузами, рыбой и др.).
Проступки и преступления встречаются между раскольниками и православными одинаково; наблюдались случаи воровства, пьянства драк, но все эти проступки были до введения волостного суда. Раскольники смотрят на эти проступки неодобрительно, были случаи строгого телесного наказания отцами своих провинившихся детей.
Населению нельзя приписать высокую нравственность: пьянство и соединенные с ним пороки здесь развиты сильно. Каждую субботу уезжает в город на базар для торговли гончарными изделиями добрая половина села, и возвращается почти поголовно выпившими. Посиделки в Абашеве продолжаются почти круглый год, и притом со своими пагубными последствиями. Девушки-раскольницы участвуют в посиделках, и некоторых из них по поведению нельзя назвать чисто-нравственными.
Положение, роль и влияние в семье женщины, как у раскольников, так и у православных одинакова. Из женщин в среде раскола ни уставщиц, ни начетчиц не встречается, а чернички хотя и существуют, но живут также, как и монашки-келейницы, ничем не выделяются из окружающей среды и не имеют ни на кого влияние…
Семейные разделы среди раскольников случаются довольно часто, как бывает и среди православных. Частые разделы объясняются ослаблением патриархального значения глав семейств – отцов и дедов, и чаще всего вследствие ссоры братьев между собою.
К образованию раскольники стремятся усиленно, к школе относятся сочувственно. Число раскольнических детей составляет большую часть учеников школы… Число обучающихся учеников ежегодно колеблется между 40 и 60. Что касается до обучения детей раскольников Закону Божьему и молитвам, то они ничего против этого не имеют и даже одобряют это. Из грамотных женщин-раскольниц встречается не более 2-3-х, а среди православных и сего нет. Число мальчиков почти одинаково… Книги религиозного характера раскольники любят читать, а книги светского содержания считают пустяками и «небылицей в лицах». Медициной и врачами они в настоящее время не гнушаются, оспу прививают, не считая это уже печатью антихриста, как это было раньше.
К приходскому пастырю, за исключением нескольких человек, относятся с почтением и уважением, даже подходят к нему под благословение, называют его батюшкой и своим духовным отцом. Проходя мимо православного храма, снимают шапки и крестятся (чего в недалеком прошлом не было), в украшении и благолепии храма участие не принимают. Так, весной 1902 года у православных прихожан был сход, на котором было решено вместо ветхого храма - построить новый. Раскольники отказались помочь этому святому делу, и ушли со схода. Но некоторые остались и выразили желание пожертвовать часть средств; Семен Родионов обещал внести 1/10 имеющегося у него капитала. Раскольники, хотя и редко, но вступают с православными в родство, отдавая дочерей за православных женихов и не воспрещая им быть православными.
Нельзя не отметить того радостного явления, что секта в селе в сущности расшатана и близка к совершенному падению; закоренелых отщепенцев осталось уже мало… Пропагандою секты они не занимаются, ограничиваются лишь совершением треб и службы. Причин, послуживших к ослаблению в раскольниках враждебного духа к православию, было немало, а именно: основание единоверческого прихода в селе, многочисленные беседы в это время епархиального миссионера и местного духовенства, беседы мирян, особенно крестьянина Ефима Боканова, вышедшего из раскола, ныне псаломщика единоверческой церкви, открытие церковноприходской школы, чтение книг из школьной библиотеки.
Раскол в селе Абашеве ослабляется, если не в количественном, то в качественном отношении. Часть раскольников известна под именем «никудашников». Они не ходят ни в православную церковь, ни в моленную, ни в единоверческую… Единоверия в настоящее время раскольники не принимают, за исключением редких случаев, и предпочтение отдают православию, говоря, что православная церковь законнее единоверческой. К единоверческому священнику, также как и к православному, относятся с уважением.5

Примечания.
1. Куликов Ефим Федорович (22.12.1876-4.2.1942) родился в селе Шуты, ныне Савинки, Наровчатского уезда. Окончил уездное училище, выдержал испытания на звание учителя начальных народных училищ и в 1895 году поступил на должность учителя ЦПШ села Абашева. Написал и опубликовал в 1903 году историю села и прихода. В 1905 г. рукоположен во свещенника и стал священником в селе Никольское, Буды тож Наровчатского уезда, где был законоучителем и зав. ЦПШ. После окончания миссионерских курсов в 1910 году был назначен на должность уездного (Наровчат) мисссионера. Он награжден серебряеной медалью на двойной Владимирской и Александровской ленте в память 25-летия ЦПШ. В 1912 г. вел миссионерские курсы в с. Поим. В 1914 году - священник с. Никольского Рузаевского района, законоучитель земской школы. В 1917-26 - св. с. Колояр Бессоновского района. В 1917 году избирался в члены Всероссийского церковного собора. В 1920-х годах - священник с. Сергиево-Полеологово Бессоновского района. С 1931 года жил в Пензе (ул. Овраг). Постановлением коллегии ОГПУ от 2 января 1932 года подвергнут репрессиям и приговорег к 5-ти годам лишения свободы, наказание отбывал в Карелии. В 1936 году снова был арестован за организацию богослужений на квартирах и лишен свободы на 5 лет. Находился в Карагандинском лагере, где и умер. Реабилитирован в 1989 году
Ист.: Наровчатская православная энциклопедия. 2009; библиогр. 6 назв.; Праведный верою жив будет. М., 2014, с.224.
2. В царствование Николая I усилился гнет на старообрядцев; некоторые послабления они получили в период царствования Алекcандра II и Александра III, когда стали открываться единоверческие храмы, в которых старообрядцы могли избирать себе священника, вести службы по старопечатным книгам.
3. Беглопоповцы – одно из главных течений старообрядства. В отличие от беспоповцев беглопоповцы принимали священников (сначала приезжих, а потом и своих) и сохраняли принятие всех священных таинств.
4. Никольский единоверческий храм открылся в Абашеве в 1883 году. Статистические сведения 1902 года, приведенные Е.Ф. Куликовым, вызывают сомнения. Для 8 раскольников действовали 2 моленные, хотя достаточно было и одной. В клировых ведомостях 1908 года значится: «Единоверцев в селе 33 двора, 182 человека, раскольников – 105 дворов, 678 человек. Всего 860 человек». (ГАПО. Ф. 182. Оп. 1. Д. 2610. Л. 370). В селе в это время проживало 1900 человек.
5. В подтверждение этой мысли автора добавим, что в 1908 году в православном Никольском храме псаломщиком служил сын единоверческого священника Е.Д. Маненин.

Н.И. Забродина. Абашевские староверы

Историю абашевских староверов пытался написать Е.Ф. Куликов. Его статья, опубликованная в № 14-15 «Пензенских епархиальных ведомостей» за 1903 г., написана с некоторой враждебностью, с точки зрения православного священника. Он называет их беглопоповщинской сектой, калугурами, раскольниками. Но в статье есть и интересные факты.

По преданиям, старая вера пришла в село в начале 19 столетия, и принесла ее некая Мавра, когда-то вышедшая замуж за абашевского мужика. Она бросила его и ушла неизвестно куда. А когда возвратилась, то с собой принесла старые книги и глубокую старинную веру. Ею прониклись наиболее уважаемые в селе крестьяне: Шалыгины, Блиновы, Абрамовы, Феклушины. Мавра среди староверов почиталась святой, и легенды о «бабушке Мавре» передавались из поколения в поколение. Официально православные священники показали наличие староверов лишь в 1834 году, и было их 153 человека. Их единоверцы проживали общинами в городе Спасске, селах Панах, Хомутовке и Липлейке.

Староверы помогали друг другу, с православными не ссорились, но и в свою среду не пускали. Религиозные требы и службы староверы совершали в своей общине в частных домах или дожидались разъездных пастырей из Москвы, которые приезжали в Спасск, а потом в окрестные села. Церковные и светские власти в 30-х годах 19 столетия усилили борьбу с расколом. В губернии был создан специальный комитет во главе с губернатором. Православный священник отец Дилигентов донес епархии об «абашевской секте» и указал ее главных деятелей. По его доносу некоторые из них были преданы суду, а Сергей Блинов сослан в Ленкорань Бакинской губернии. Многие подлежали не только увещеванию, но и физическим наказаниям.

В 1860-х годах пензенские архиереи неоднократно обращались к губернатору с предложением принять крутые меры против раскольников, а именно: браки вне православной церкви считать блудом и разлучать семьи, детей объявить незаконнорожденными, не давать паспортов на выезд из села в течение трех лет. Крестьян С. Блинова, Ф. Суркова, Ф. Яковлева обвинили в подговоре абашевцев к перемене веры, в венчании детей по старообрядческим канонам. Олимпий Петров обвинялся в содержании молельни в своем доме. В село был определен миссионер, протоиерей Корнеев, для увещевания населения, но все это не приносило серьезных результатов.

Понимая безрезультатность жестоких мер, правительство пошло на компромиссный вариант. С 1880-х годов было разрешено строительство единоверческих храмов, где служба проходила по старопечатным книгам, священники избирались прихожанами. Единоверческая Никольская церковь открыта в селе в 1883 году, освящена два года спустя. Здание церкви деревянное, на каменном фундаменте, теплое, крытое железом, с деревянной решетчатой оградой. Священником рукоположен Даниил Иванович Ма- ненин, по происхождению из местных крестьян, с домашним образованием. Но в Абашеве осталось несколько семей староверов, не примкнувших к единоверческой церкви.

В начале 20 века в селе действовали две независимые старообрядческие молельни. Уставщиками в них были Трифон Николаевич Фонталкин и Федор Языков. В 80-е годы в Абашево несколько раз приезжал известный философ и поэт Владимир Сергеевич Соло- вьев. Он встречался с Манениным, беседовал и спорил с ним по вопросам веры, а в письмах к липяговскому священнику присылал ему приветы. В это время он готовил к публикации ряд статей о старообрядчестве, и беседы с абашевскими староверами были ему необходимы. Последний раз он приезжал в Абашево в 1889 году.

В клировых ведомостях 1908 года отмечалось, что Д.И. Маненин награжден набедренником в 1898 году, но дважды наказывался. Псаломщиком в церкви служил В.Е.Чернышов, а до него - Мирошкин. Много лет церковным старостой избирался Павел Афанасьевич Чернышов. Единоверцев в селе – 33 двора, 182 человека; раскольников – 105 дворов, 678 человек. Всего – 860 человек. В 1930-е годы единоверческая церковь и молельни также были запрещены, а служители их лишены избирательных прав, среди них — Архип Ильич Нагаев. В 1970-х годах Русская Православная Церковь сняла анафему со староверов.
___________________________

Успенский В.

Из жизни беглопоповцев Спасского уезда (ТЕВ, 1916, № 16-17)


В Спасском уезде Тамбовской губернии числится 2000 душ обоего пола беглопоповщинского старообрядческого толка. Сосредоточившись в г. Спасске и пригородных деревнях, они встречаются менее значительными общинами и в других селах: Хомутовке, Кириллове, Выша, Пристань и др.

Несмотря на свою многочисленность и сравнительную зажиточность, спасские беглопоповцы не имеют у себя постоянного священника для удовлетворения духовных нужд. Обычно богослужения совершаются местными наставниками и уставщиками по благословению беглых священников, изредка наезжающих в Спасский уезд на короткое время – раз или два в год. Фактически пастырями являются упомянутые уставщики. От них зависит то или другое решение вопросов веры и жизни. Без их одобрения священник не будет принят, никто не обратится к нему с требой.

В последнее время во внутренней жизни беглопоповцев обострился вопрос об общинном устройстве по Правилам Именного Высочайшего Указа от 17 октября 1905 года «О порядке образования и действия старообрядческих и сектантских общин». Некоторые наставники задумались над тем, не пагубно ли для спасения подчинение упомянутому закону. За авторитетным рзъяснением возникших недоумений они обратились к нижегородским наставникам. Некто М.Я. Подветельнов в письме на имя уставщицы Матроны изложил свой взгляд по этому вопросу. Полагаем, что для лиц, имеющих отношение к старообрядческой миссии, это письмо имеет значительный интерес как показатель подозрительности старообрядцев ко всему новому в церковно-общественной жизни.

Изложенные в письме взгляды нашли последователей, вследствие чего беглопоповцы в минувшем 1915 году разделились на два лагеря: сторонников и противников указа. Восставшие против общинного переустройства беглопоповцы сел Кириллова, Булыгина и части г. Спасска порвали религиозное общение с остальными беглопоповцами, которые не видят в общине ничего еретического и душепагубного. Общинники принимают в молитвенном общении с противообщинниками через отречение от «новоявленной злобы» и через разрешительную молитву.
_______________

Архивы и справочные издания

1807 г. В Спасске 50 раскольников, часть оных в церковь не ходит и священнослужителей в дома свои ни с какими потребами не призывают; другие же только что в церковь не ходят, а прочие потребы справляют и называют секту свою поповщиной.
Словарь географический Российского государства. Сост. А. Щекатов. Часть 5. М., 1807.
1837-1838 годы. Дела о спасских раскольниках.
Дело о подговоре священника села Новая Потьма Тимофея Сидорова купцами Карасевым и Пресняковым (город Спасск) бежать от суда в монастырь к старообрядцам в Саратовскую губернию. Священник привлекался к суду за совершение треб старообрядческого толка. Ист.: ГАПО, ф. 325, оп. 1, д. 15, 20.
1848-1850 гг. Город Спасск. По вероисповеданию: раскольники 990 человек. Ист.: Военно-статистическое обозрение Российской империи. Тамбовская губерния. СПб., 1851.
1856 г. В Спасске значились две деревянные старообрядческие часовни, из которых одна запечатана.
1871 г. В. Спасске – раскольничья молельня. Ист.: Географическо-статистический словарь Российской империи. Сост. П.П. Семенов. Т. 4. СПб., 1871.
1873 г. В Спасске сгорела старообрядческая молельня. Поджог? Служба проходила в доме купца 1 гильдии Киприана Васильевича Карасева, после его смерти в 1878 году — у купца Игната Афанасьевича Филинова, с 1880 года — у Ивана Васильевича Вихрова. Ист.: ТЕВ, 1874, № 6.
1881 г. Раскольников в Спасске 379 дворов. 1880 г. - старообрядческий дьячок Илларион Афанасьевич Машин (Вихровская молельня).
1883 г. Единоверческая церковь открылась На усадьбе Киприана Васильевича Карасева. Деревянная, теплая. Построена на средства св. Синода и доброхотные пособия. Престол во имя святителя Николая Чудотворца. 28 дворов прихожан. Метрические книги в 1883 г. Штат: священник и псаломщик. Братский годовой доход 128 руб, кроме того, 420 руб. – ежегодное пособие от казны. Церковный капитал 100 руб. К церкви принадлежит часть д. Леплейки в 1 в. 10 дв. В штате священник и псаломщик. Священник Абрамкин Кирилл Фролович (1832-1917). В Спасск прибыл в молодых годах, был наставником у старообрядцев. Награжден набедренником, камилавкой и наперсным крестом. Член епархиального совета, 1917. Ист.: Тамбовская епархия. Справочник. Тамбов, 191; ТЕВ за соотв. годы.
1887 г. 25-28 авг. Спасск посетил епархиальный миссионер с целью увещевания старообрядцев. В Вихровской молельне дьячок Петр Афанасьевич Машин (в доме Филиновых), в Карасевской – Михаил Иванович Рыбаков принимали участие в дискуссии с миссионером. Ист.: ТЕВ, 1887, № 18.
1894 год. Город Спасск. Храмы: Соборная Преображенская - с 1810 года, Вознесенская – с 1859 года, тюремная – с 1860 года, кладбищенская – с 1788 года, единоверческая Никольская – с 1883 года, единоверческая Христорождественская – с 1880 года. (Вихровская ?)
Николаевская старообрядческая (приписная) - с 1887 года. Ист.: Памятная книжка Тамбовской губернии на 1894 год. Тамбов, 1894.
В Спасском уезде иноверцы: католики – 5, протестанты – 4, раскольники – 1939, сектанты – 72, магометане – 1880. Всего иноверцев 3900. Ист.: Отчет Тамбовского епархиального училищного совета о состоянии ЦПШ и школ грамоты за 1894-95 годы. Тамбов, 1896.
1901 г. В Спасске 2 единоверческих церкви. Ист.: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. 31. СПб., 1901.
1908 г. По проходившей регистрации религиозных общин по Закону от 17 октября 1906 года в г. Спасске Тамбовской губернии 8 апреля 1908 года зарегистрирована Никольская старообрядческая община. 133 прихожанина. Ист.: Тамбовская епархия. Справочник. Тамбов, 1911. Гл. 2. Краткие сведения о строобрядческом расколе в Тамбовской епархии.
При характеристике Соборно-Преображенской церкви г. Спасска в справочнике упоминается: «В городе и д. Леплейке есть раскольники, беглопоповцы и поморцы. 123 дв. 2 молитвенных дома и 1 церковь». При характеристике Вознесенского храма в справочнике сообщается: «Есть раскольники беглопоповцы и австрийского толка 50 дворов».
1910-1917 гг. Никольский старообрядческий храм с ЦПШ и молитвенный дом. Священник Иосиф Григорьевич Малинин. Старообрядцы беглопоповского и австрийского толка. 50 дв., 368 прихожан.
1929-30 гг. Мошкин Д. Л., старообрядческий священник и иконописец, лишенец, 1929-30.
__________
Метрические книги Никольской старообрядческой церкви г. Спасска Тамбовской губернии за 1910-1914, 1916, 1917 гг. Место хранения: Государственный архив Пензенской области (ГАПО), ф. 182, оп. 5.

Список прихожан этой церкви из метрических книг. Сведения Ворониной Ксении (г. Москва)

Агафилушкин, Агафонов, Акишин, Алешин, Алимкин, Алексеев, Алюбин, Аляпкин, Аношин, Антипкин, Ананьин, Антохин, Анашин, Артюшин, Асанов, Астафьев, Афгаев, Афонин.

Барабошкин, Баков, Белоруков, Бобреев, Богомазов, Богачев, Борисов, Бояринов.

Ваничкин, Ванюшкин, Веряшин, Вдовухин, Вихров, Волков, Воронов, Воробьев. Галдин, Гулин.

Дворецкий, Демидов, Добрынин, Евсеев, Евстафьев, Есин, Жариков, Журин, Захаров, Зинкин, Игонин.

Карпанин, Караушев, Карасев, Кабанов, Казьмин (свящ.), Киселев, Кислов, Ковалевский (свящ.), Колмыков, Корытцев, Кондрин, Кошелев, Кожухин, Колобов, Красильников, Криванчиков, Куличков, Кузнецов.

Лазуткин, Ламыкин, Лебедев, Лекарев, Левин, Левихин, Липатов, Ломакин, Любавин.

Малинин, Марков, Махонин, Машин, Медков, Мелешкин, Морозов, Мокеев, Мошкин, Моштаков, Мухин. Названов, Нефедов, Никулкин.

Перевезниов, Пижаев, Пиманкин, Пластинин, Потапов, Пресняков. Рулев, Рыжов.

Сазонкин, Самыкин, Саунин, Савостьянов,Серов, Синелюбов, Синицын, Соболев, Солкин, Соколов, Сорокин, Степашкин, Суворкин, Сураев, Суянин.

Терсянцев, Турусов, Уточкин, Урюкин, Федернов, Филинов, Фролов. Харлашкин, Ценин, Цибизов.

Чаплыгин, Чаплыжкин, Челышев, Чернов, Шипов, Шершенев, Щеблетов, Щеглов, Югалдин, Юдашкин,
Ясашнов, Ясин.

Староверческий погост в с.Паны Наровчатского района

Изображение


Староверческий погост в с.Абашево Спасского района

Изображение

Изображение


Староверческий погост в г.Спасске

Изображение



_________________________

Модератор
Аватар пользователя
Сообщений: 2789
Зарегистрирован: 16 ноя 2014, 18:36
Откуда: Пенза
Имя: Андрей Нугаев

Re: Город Спасск и Спасский район

Сообщение expedA » 26 ноя 2023, 19:09

Добрый вечер! В очередном выпуске альманаха "Пензенское краеведение" размещены три статьи о Спасском районе.

Изображение

ЧИТАТЬ:https://kraeved-pnz.ru/wp-content/uploads/2023/11/%D0%9F%D0%B5%D0%BD%D0%B7%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5-%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_2023-_%E2%84%963.pdf

Пред.

Вернуться в История городов, сёл и деревень Пензенского края



Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1